– Я не слышал, чтобы наследная княжна обладала магическим даром! Потому, как вы можете быть уверены в своих словах, или вы не та, за кого мы вас принимаем?! – одарил едким, придирчивым взором, от которого девчонка вспыхнула и тихо проговорила:
– Дар слабый, потому никто из нашего семейства не кричит о нем на каждом углу.
– Хм… – Баламут так и не понял, поверил ли ир Озарон речи девицы или нет, однако прислушался и выполнил все ее указания в точности, пользуясь черными амулетами.
Напряженно следя за его действиями, Карделл хмурился, руки наемника все больше напоминали обугленные деревяшки, но Вайолл, словно не замечал боли, стремясь поскорее освободить княжну.
– Вы знаете, кто пленил вас? – Рем ощущал какую-то неправильность всего происходящего, слишком просто все получилось, да и ир Озарон разделял его опасения, не забывая осматриваться.
Девица мелко тряслась, хотя храбрилась, дерзко поглядывая на наемника, но к гному она отнеслась вполне приветливо, поблагодарила даже и слегка склонила голову.
– Ваша Светлость! – Вайолл, подмечая это, вновь привлек внимание княжны. – Вы знаете, как отсюда выйти?
– Знаю! – девушка одарила своего спасителя строгим, внимательным взором. – Только все ключи у вас, любезный господин!
– Ир Озарон! – наемник поклонился, а затем указал на гнома. – Это мой напарник Рем Карделл!
– Можно просто Баламут! – улыбнулся гном, и княжна ответила ему тем же:
– Рисса ир Стоквелл, благодарю за спасение сударь Карделл, теперь вы желанный гость в нашем замке!
На мгновение на лице ир Озарона промелькнуло обиженное выражение, но высказываться он не стал. Только ехидно промолвил:
– Что-то я не вижу дверей, к которым подошли бы эти ключи! – для наглядности повертел в руках все три амулета.
Рисса нахмурилась, а Рем произнес:
– Друг, ты бы передал мне эти побрякушки! Я все ж в перчатках!
– Тебе они важнее, друг! Из нас двоих мастер ты, а не я! – полуулыбка, возникшая на губах Вайолла, получилась печальной.
– Мастер! – воскликнула княжна. – Уж не тот ли вы гном, который создал удивительный меч?
– Он самый, – поскольку Баламут не смог подобрать подходящих слов, так как не привык себя расхваливать, Риссе ответил ир Озарон. – Вы слышали о нем?
– В Бейруне только о вас и твердят! – девушка подошла ближе. – И не думала я, гуляя по этому замечательному городу, что встречу самую настоящую легенду!
– Да какая из меня легенда?! – Рему стало совсем неловко.
– Если мы не поторопимся, – прервал обмен любезностями Вайолл, – то все уйдем в небытие!
– Верно! – Баламут порадовался возможности перевести разговор в другое русло.
Рисса, смерив наемника долгим взором, гордо вскинула подбородок и отправилась к зеркалу.
Рем, кивнув своим мыслям, отправился следом, а позади всех топал ир Озарон, отчаянно старающийся не выказать свою слабость. Руки, привыкшие держать меч, сейчас опускались и были не силах справиться даже с тремя амулетами.
Княжна остановилась в шаге от зеркала, задумчиво созерцая его ровную поверхность. Баламут встал рядышком, почесывая затылок, гадая, что скрывается за зеркалом, все больше склоняясь к тому, что за ним располагается ловушка. Так и виделось гному, что там, за хрупкой преградой, их ждут чудовища, созданные рукой черного колдуна.
– Хм… – послышалось от Вайолла, добравшегося до зеркала. – Ваша Светлость, вы уверены, что это дверь? – постарался сказать ядовито, чтобы уязвить девицу, заставить ее взглянуть на него, пусть даже и с возмущением.
Рисса отозвалась на удивление спокойно, не поворачивая головы, так как видела наемника в отражении:
– По крайней мере, колдун ушел именно через него… – в ее голосе сквозило сомнение, и ир Озарон хмыкнул:
– Вы видели, какой ключ он использовал? – сказано было с нотками снисхождения, заставившими княжну вскинуться:
– Тем, на котором изображен перстень!
Рем с интересом наблюдал за двумя своими спутниками, гадая, когда они осознают, что нравятся друг другу. Потом правда, гном спохватился и с сочувствием подумал: «Жаль, что им не суждено быть вместе! У людей не принято, чтобы наемники женились на княжеских дочках! Хотя, погодите… Вайолл ведь из хорошего рода?..» – Рем перевел взгляд на своих спутников, которые что-то яростно выясняли меж собой, и улыбнулся, а вслух произнес:
– Выхода у нас все равно нет! – и показательно обвел взглядом совершенно ровные стены, где не было и намека на дверь или лаз.
Раздосадованный ир Озарон несколько нервным жестом приблизил амулет в форме небольшого камня, на котором в свете свечей поблескивало изображение самоцветного перстня, к зеркалу. По ровной поверхности пробежала рябь, не успев задуматься, испугаться или вскрикнуть, вся троица исчезла, поглощенная мглой.
Едва она рассеялась, они увидели, что очутились в темной комнате, уставленной изысканной резной мебелью.
– Эльфы! – гном сразу узнал, кто приложил руку к оформлению этого помещения.
– Некромант! – Рисса тоже не осталась в стороне, и пусть дар ее слабый, но светлый, потому княжна сразу ощутила силу темной магии.
