По памяти она нашла кабинет директора — подавал документы Кунсайт, сама же Минако знала про него лишь по обрывкам воспоминаний из того времени, когда и она была ещё такой же маленькой школьницей, как те, кого они встретили на первом этаже.
Кун постучал, и после сдержанного «Войдите» открыли дверь.
— Здравствуйте, — кивнула им директриса и жестом руки пригласила войти.
На одном из стульев для посетителей сидел грустный пепельноволосый мальчик и, съёжившись, бездумно смотрел в пол. Минако в мгновение ока бросилась к нему, Кунсайт же присел в кресло напротив директрисы.
— Гелиос очень хороший и умный мальчик, развитый не по годам, — говорила она, шурша бумагами. — Но сегодня он, к сожалению, затеял драку на большом перерыве, и я была вынуждена позвать вас сюда.
Минако, обнимавшая доселе шмыгающего носом сына, обернулась, зло сверкая глазами, и хотела уже начать кричать на директрису, но Кунсайт одним взмахом руки остановил её и с леденящим душу спокойствием стал узнавать подробности. Фыркнув, Минако решила разобраться во всём сама, обратившись к источнику, которому доверяла гораздо больше.
— Что же такого произошло, что ты решил подраться с теми мальчишками? — негромко спросила она, обнимая сына за плечи.
Гелиос поднял на неё покрасневшие глаза и срывающимся шёпотом ответил:
— Они забрали у Азуми коробочку, в которой пряталась её черепашка, и стали обижать её. Азуми плакала, а я просто хотел вернуть то, что принадлежало ей. Разве это плохо, мама?
Минако сглотнула застрявший в горле комок и, улыбнувшись, взъерошила растрёпанные волосы Гелиоса.
— То, что ты решил вступиться за друга — это очень хорошо. Но, может, стоило разобраться во всём на словах, а не на кулаках?
— Они тыкали черепашку палкой и не оставили мне выбора, — вздохнул Гелиос и щекой прижался к маминому боку.
Ласково погладив сына по спине, Минако с нетерпением ждала, пока Кунсайт закончит разговор с директрисой, которая заверила, что неприменно проведёт воспитательную беседу с теми мальчишками, а также поговорит с их родителями. Убедившись, что всё будет так, на чём настоял Кун, супруги попрощались и вместе с сыном покинули школу.
Гелиос сидел очень тихо на своём месте, когда они ехали до дома, и рассматривал мелькающие за окном дома. Минако, напряжённо наблюдавшая за ним через боковое зеркало, повернулась к Кунсайту.
— Всегда ненавидела школу. Какие злые дети могут быть у родителей, которые сами по себе замечательные люди.
— Очень многие дети злые, — отозвался Кунсайт. — Не все, но многие. Они просто не различают добро и зло — как хулиганы, с которыми подрался Гелиос.
— И из-за них страдают те, кто это как раз-таки понимает, — всплеснула руками Минако; обернувшись, она посмотрела на Гелиоса, но тот всё как и сидел, уткнувшись носом в стекло, так и продолжал сидеть.
— Эндимион в своё время тоже дрался с теми, кто задирал ребят, кто не мог постоять за себя, — вдруг вспомнил Кунсайт.
Минако вздохнула.
— Это было в далёком прошлом. Сейчас — другое время.
— И тем не менее дети остаются детьми: хулиганы были всегда, как и те, у кого чувство справедливости играло на кулаках.
Пока горел красный свет на светофоре, Кунсайт повернулся к обеспокоенной жене и внимательно посмотрел на неё.
— Я поговорю с ним.
— Спасибо, — улыбнулась Минако, и все тревоги вдруг ушли, как будто их кто-то снял сильной волевой рукой. На душе стало светло и спокойно.
Дома, пока она готовила ужин, разогревая карри, которым днём её угостила Макото, краем уха всё же подслушивала, о чём говорили её мужчины. Минако не сомневалась, что Кунсайт объяснит сыну всё гораздо лучше, чем это могла бы сделать она.
Мина перевела свой взор в окно и улыбнулась. Каждый раз, оказываясь в школе, она вспоминала, с какой неохотой вставала по утрам и бежала вместе с Усаги, беспощадно опаздывая на первый урок. Сегодняшний же поход, хоть и вынужденный, внезапно всколыхнул в её душе чувства, граничащие с ностальгией: Минако никогда бы не подумала, что однажды будет скучать по тем всё же беззаботным денькам, особенно в младшей школе. Но с другой стороны — она снова переживёт все моменты, только уже с другой позиции: мамы. И это казалось ей увлекательно.
========== История третья. Прогулка (Усаги/Мамору) ==========
Комментарий к История третья. Прогулка (Усаги/Мамору)
Челлендж первый: «Осень» (сентябрь)
Задание 3: Прогулка по осеннему лесу
***
Под ногами шуршала и хрустела листва, когда они медленно шагали по парку, что располагался не так далеко от их дома. Он был огромен, и это позволяло на миг отрешиться от надоевшего гудением и смогом города, побыть наедине с природой и прочувствовать каждый миг невероятного спокойствия и умиротворённости.
