Таковых не оказалось, поэтому он продолжил играть. Мелодия тоской отдавалась на душе. Слушая её, ты непроизвольно задумывался о далёком доме, куда уже не вернуться, об утерянном времени и о хороших, старых деньках. Фалайзу не очень нравилась гармошка как музыкальный инструмент, но исполнение всё равно оказалось на высоте. Бард играл от души, выражая переполняющие его эмоции.
Новичок очень пожалел, что в этот момент у него не было при себе карандаша и листка бумаги, вроде тех, что дала ему Кимера. В порыве вдохновения он очень хотел зарисовать Чанри в момент исполнения. Не для него, просто для себя самого, чтобы запомнить момент. Пришлось ограничиться скриншотом, хотя это было, как говорится, «не то» — он не передавал и одну десятую эмоций.
— Что это за мелодия? — поинтересовалась Фиона, когда бард закончил играть.
— «Whereabouts Of The Stars», классику знать надо, — объяснил с улыбкой Чанри. — Я иногда называю её «Гимном Старого мира».
— Что такое «Старый мир»? — навострил уши Фалайз.
— Всё то, что было здесь, — бард обвёл рукой вокруг, явно подразумевая нечто большее нежели стены Альмагеи, — в момент релиза «Хроник». Мир, который исчез и уже никогда не вернётся. Рай, который мы потеряли.
Все притихли, словно устроили минуту тишины по тем временам.
— Слушай, — решил спросить Тукан, после окончания паузы, — а ты ведь первый бард, которого мы встретили за время игры. А играем мы не первый день.
— Но и не год, да? Всё дело в том, что даже эта штука, — Чанри указал на свою гармошку, — стоит бешеных денег. Это уже не говоря о том, что без группы мне играть вообще нереально.
— Что, хуже, чем дикому магу? — усмехнулся Фалайз.
— Сколько стоит эта палка у тебя в руках? Или ты её просто от забора отломал? — в ответ спросил бард.
— Золотой.
— М-м-м, чтоб ты понимал, самый простой инструмент, который мне доступен — барабан — начинается от десяти тысяч. И это базовые варианты, — Чанри провёл рукой по поверхности гармошки, словно вытирая ту от пыли, — эта штука обошлась мне почти в двадцать. Индивидуальный заказ, плюс материалы.
— Жесть какая-то, — оценила порядок цен Фиона. — Лошади по сотне тысяч, инструменты… откуда такой порядок цифр?
— Спрос, — пожал плечами Гонгрик, слушавший их беседу, но до сих пор молчавший. — Сломать тот барабан проще простого, а чтоб сделать нужно заморочиться.
— А в Старом мире у торговцев продавались даже контрабасы, — мечтательно вздохнул Чанри. — Сейчас, если мне память не изменяет, таких инструментов во всём мире штук сто осталось, и новых не делают — некому.
— Неужели тогда было настолько всё проще? — удивилась Фиона.
— Как любая другая игра, знаешь, в которую играешь, а не живёшь в ней, ну как сейчас.
— Вернул бы то время?
Чанри ответил не раздумывая:
— Да. И отдал бы за это что угодно.
Многие члены группы согласно закивали, соглашаясь с этой мыслью.
— Ладно, посидели, поностальгировали, переностальгировали и хватит, идёмте! — скомандовал, прерывая отдых, Гонгрик.
Карта мира (государства игроков)
В спокойствии, если этот термин вообще был применим к тому, что происходило во внутренних помещениях Альмагеи, группа двигалась недолго. Буквально спустя минуту один из разведчиков, шедший чуть впереди основной группы, насторожился и замер, делая остальным предупреждающий жест.
— Там кто-то есть! — понеслись перешёптывания по рядам игроков.
Но как не вглядывался Фалайз в темноту, лишь совсем чуть-чуть освещаемую светом факелов, увидеть что-то конкретное не смог. У остальных, судя по всему, возникли те же проблемы.
— Калита, — позвал Гонгрик эльфийку, — Калита!
Издали мелькнул тёмный силуэт, глаза которого слегка светились бледно-голубым светом. Её не спутали с противником исключительно потому, что в замке светящейся нечисти они ещё не встретили.
Здесь, в тёмных коридорах, куда солнечный свет мог забраться исключительно случайно, вампир чувствовала себя просто великолепно. Заодно стало понятно, что внешний вид, все эти красные волосы и прочее, в котором её увидели новички, что-то вроде социальной маскировки.
В своём «истинном» обличии эльфийку легко можно было спутать с монстром, если не знать что к чему. Причём чем сильнее вампир увлекалась боем, тем сильнее были видны эти метаморфозы. Менялись не только волосы, стремительно теряющие цвет, но и кожа; удлинялись клыки, на пальцах отрастали бритвенно-острые когти. Кроме того, эльфийка будто бы усыхала, постепенно превращаясь в обтянутый кожей скелет.
Нормальный вид она возвращала себе, выпивая склянки с чем-то красным. И как всерьёз подозревал Фалайз, это было совсем не зелье лечения или вино. Вампир вообще не нуждалась в лечении, обходясь своими «собственными» силами.
— Впереди ложная стена, а за ней пара латников с большими щитами, — сообщила Калита.
— Хм, — Гонгрик задумчиво обернулся. — А сзади?
Взгляд эльфийки сделал небольшую дугу и уставился сначала на Фалайза, а затем сквозь него, куда-то вдаль.
— Небольшая группа зомби, с магом во главе.
