– Ох, кому–то жена достанется. – Я решительно встала. – Вот что, владельцы всех сокровищ мира, пойду–ка я вперед, а вы догоните на бреющем полете.
– С таким грузом не летать, а ползать, – сердито парировал Эткин.
– Ничего–ничего, считай это тренировкой, максимально приближенной к боевым условиям. – Утешение получилось так себе – больше смахивающим на издевательство.
– Если встречу Ринецею – десантирую ей на голову нашу крошку–баронессу вместе с сундуком, – мстительно пообещал дракон, опасливо приглядываясь к огромным тучам пыли, поднявшимся над входом в пещеру. – Думаю, что против бронебойной скалки ей долго не продержаться…
– Слушай, а чего это она там вытворяет? – Я пыталась угадать действия Анабели.
– Похоже, заначку мою нашла, – вымученно улыбнулся претендент на роль тяжеловоза.
– Какую?
– Полный комплект брони для боевой горгульи – из литого золота!
Я громко присвистнула:
– Ну, это у вас теперь надолго затянется. Ты как хочешь, а я пошла пешком.
– Скоро увидимся, – мрачно пообещал дракон, но особого энтузиазма в его голосе я что–то не расслышала.
К счастью, обратный путь к замку Кардиньяк стал намного короче и быстрее, потому что шла я уже знакомой мне дорогой, не утруждая себя поисками каких–то неведомых пещер. В отличие от ног, голова в этом процесс оказалась не задействованной. Этим фактом незамедлительно воспользовались различные запутанные мысли, оккупировавшие и без того перегруженные мозги. Создавшаяся ситуация сильно напоминала шахматную доску, заполненную различными фигурами, каждая из которых вела свою самостоятельную партию. При этом я уверенно склонялась к версии, что сами игроки, ловкими движениями пальцев переставлявшие фигурки с клетки на клетку, до сих пор оставались в тени. Почему я так решила? Да просто при детальном рассмотрении всех разыгранных комбинаций становилось ясно, что наша зарвавшаяся демоница, пусть даже обладающая огромной магической силой, явно не в состоянии провернуть в одиночку столь масштабные акции. Более того, вспоминая воистину невероятный рассказ Генриха, я не смогла логически увязать с какой–либо из враждующих сторон ингвов, Оружейницу, меч «Разящая игла» и еще много чего. Ну, не укладывались они в макет обрисованной мною схемы мироздания. Добро и Зло, черное и белое – вот эти силы разграничивались четко. Но при этом во всей хрупкой конструкции моих выводов и домыслов постоянно проскальзывало почти не ощутимое, но фатально–решающее присутствие какой–то неопределенной третьей силы. Не Свет, не Тьма – всесильный полумрак какой–то. Для полного понимания и последующего анализа ситуации мне элементарно не хватало фактов. Оставалось запастись терпением и ждать развития странной игры противостояния сил, в которую втянули меня и, совершенно не случайно, – моих друзей. Может быть, этого пока не понимали и не замечали Эткин, Ланс, Огвур и Генрих, но все происходящее с ними весьма очевидно связано с тем главным событием, суть которого мне еще только предстояло постигнуть в будущем. И я мысленно пообещала себе – любой ценой раскрыть замыслы таинственных игроков, вывести их на чистую воду и заставить играть на выгодных мне условиях. Возможно, я нашла излишне самонадеянное решение. Но, в конце–то концов, наверно, недаром сама королева Смерть приходилась мне родной бабушкой. Поэтому становилось понятным, что, если я когда–нибудь и умру, то явно не от скромности или нерешительности.
