В темноте послышались всплески весел, а вскоре показалась и шлюпка. Раздался условный свист.
"Разведка прошла успешно, Лориди в пути. Завтра — наша очередь. Да помогут боги пройти сей нелегкий путь!" — подумал Риджи, направляясь в кубрик.
Но поспать так и не удалось. Какое-то время барон ворочался с боку на бок, желая изгнать навязчиво лезшие мысли. Но убедившись, что с ними не совладать, вновь вышел на палубу. Свежий воздух бодрил и гнал прочь остатки сонливости.
Близок рассвет. Розовая поволока уже поглотила горизонт. Прогнав с неба тучи, ветер немного стих и теперь слегка шалил, вспенивая гребешки волн, подталкивал их в сторону берега.
Пройдя вдоль борта, Риджи остановился около покачивающейся шлюпки. На ее дне собралась вода.
Недовольно хмыкнув, крикнул постовому:
— Ну-ка, давай, поднимай бездельников! Пусть готовят лодку к отплытию. Хватит спать!
Вскоре шлюпка с ван Хорстом и гребцами на борту уже плыла к берегу.
Розовые тона окончательно завладели миром. Взошедший Оризис щедро, полными пригоршнями рассыпал их вокруг себя. Пурпурный диск слепил. Послушные воле господина луны скрылись с небосклона.
Вначале Риджи увидел горы, темными пятнами проступившие в дымке прибрежной полосы, потом бухту с множеством небольших рыбацких лодочек, стремившихся в открытое море. Все они спешили к сбившимся в тучу чайкам. Здесь лурь охотилась за мелкой рыбешкой, и улов обещал быть богатым.
Вот, наконец, и берег.
Заскрипела раздвигаемая носом шлюпки мелкая галька. Барон, соскочив на землю, преклонил колено и, все еще не веря счастью, возблагодарил богов. Поднявшись на ноги, довольно улыбаясь, зашагал в сторону ведущей в поселок тропинки…
…На галеру он вернулся ближе к обеду. Но время было потрачено не зря. Не так-то просто было договориться с хитрющим Сатисом. Купец притворялся подслеповатым и глухим стариком, хотя слышал и видел прекрасно. Он все время близоруко щурил глаза и переспрашивал, выгадывая время поразмыслить. Но есть верное средство, согревающее самые холодные сердца и развязывающее языки. Против него не устоит ни один купец — золото. Вскоре ван Хорст знал, что солдат Альфреда в селении нет. А вот из Крида шли самые дурные вести. Император мертв, наследник исчез, в стране хаос и междоусобица.
Купить галеру Сатис, испугано замахав руками, отказался. А вот продать лошадей и провизию был не прочь, правда, затребовал при этом несусветную цену. Учуяв, словно гончая, желанную дичь, не уступил ни единого корена. Пришлось согласиться. Сговорились встретиться на берегу после полудня, о чем барон и поведал своим друзьям.
Слово Сатис сдержал и к назначенному времени все необходимое подготовил. Он еще пересчитывал деньги, а союзники в сопровождении двух десятков бывших рабов отправились в путь.
К проселочной дороге жались обвитые виноградом незатейливые лачуги рыбаков. Запах сохнущей на солнце рыбы настойчиво лез в ноздри, дурманил голову воспоминанием о пиве, заставлял то и дело облизывать пересохшие губы. Козы, привязанные к невысоким прохудившимся заборам, старательно выщипывали пробивающуюся между камнями скудную зелень. Во дворах на малюсеньких участках серой, неплодородной земли, копошились худенькие, низкорослые женщины. Своей внешностью и одеянием они напоминали цыган. Загоревшие до черноты детишки, открыв рты, провожали изумленными взглядами отряд.
Местность очень напоминала оставленный недавно Ирис. Дорога, петляя между холмами, уходила все выше в горы, и лошади, еще не дойдя до перевала, замедлили шаг.
"Ну почему везде одно и то же? — думал Краевский. — Кто трудится в поте лица от рассвета до заката — слаб и унижен, едва добывает хлеб насущный. Другой же от рождения знатен и богат. Ему открыты все пути. Почему же наш Господь или их Создатель не наведет порядок? Не защитит слабых и не накажет злодеев? Видать, ему не до нас. Имеются дела поважнее…"
От философских мыслей Сергея отвлекла внезапно открывшаяся взору долина. Его ошеломило безудержное буйство зелени, причем всевозможных оттенков — от темного у подножья до светло-салатного там, у горизонта, куда еще доставали лучи заходящего Оризиса. Дорога резко ушла вниз, и нужно было поглядывать, чтобы не угодить в расщелины.
К реке добрались затемно. Огня разводить не стали. Наскоро поужинав сыром и лепешками, выставили охрану и, укутавшись в плащи, устроились на ночлег.
Несмотря на усталость, Сергей долго не мог уснуть. Вдруг нахлынули воспоминания. Сколько таких же ночей он провел на берегу земных рек, прислушиваясь не зазвенит ли колокольчик и поглядывая на удочки в надежде увидеть поклевку? Слушал трель соловья и вдыхал аромат распускающихся ландышей. С ним ли это было? Если да, то давным-давно, где-то далеко, в другой жизни… Ну, а в этой?
На небесах по-прежнему сияли незнакомые созвездия, отражаясь яркими искорками в зеркале реки. Над ее гладью тихо плыла таинственная песнь, сплетенная из шелеста трав и листвы, течения воды и всплесков резвящейся рыбы.
