Дело приняло весьма серьезный оборот.
«Хотя, убить генерала, будет намного почетнее, чем убить маршала», — подумал, я тогдарешив распечатывать свою, недавно обретенную силу, готовясь к судьбоносному для меня бою. Я стал распечатывать свою силу генерала.
— Что было дальше? — спросил Люцифер.
Окутанные слабым сиянием люмосфер, двое сидели в личных покоях Несущего свет на «Левиафане» за небольшим столиком.
Это не был допрос. Самуил, всё подробно описал в рапорте. Это больше походило на беседу двух старых друзей.
— Вы, не удивились тому, что Габриэль оказался Первым сыном, — не спрашивал, но утверждал Самуил.
Предводитель восставших помедлил, словно решая отвечать ли на вопрос Самуила или убить его. Наконец генерал произнёс:
— Скажем так, я это давно подозревал.
— Как можно такое забыть? Если он Первый сын, ему уже сколько? Не меньше, чем вам, это точно. Я не верю, что он мог избежать войну с Йудхвейвадом или войну с рейдерами.
— А вот это, правильный вопрос, — сказал Люцифер, откинувшись на спинку стула и скрещивая руки на груди. — Очень правильный. И как же?
Самуил задумался:
— Создатель?
Люцифер развёл руки, глаза его вспыхнули, отражая тусклый свет помещения:
— Кто еще может так манипулировать нашей памятью? Мне кажется, ответ очевидный, но мы отвлеклись. Что было дальше?
Сказать, что Ярош был в замешательстве, значит ничего не сказать. Он был растерян, сбит с толку, испуган, обеспокоен и еще множество оттенков этих чувств клубились у него в душе. Всё произошло настолько стремительно, что казалось сном и парень уже несколько раз щипал себя, пытаясь пробудится от столь странного сна.
Только, что он вместе со своими друзьями и их проводником спешил подальше от бьющийся в конвульсиях Игрит и, что-то кричащего вслед Джамала. И вот, уже они стоят на поляне и наблюдают за событием, столь невероятным, что все слова и мысли пропали из головы бесследно. Прямо перед ними, спускаются крылатые создания, внешне похожие на людей, только значительно крупнее.
Белоснежные крылья, тела, покрытые странной броней словно второй кожей, лица скрыты под аккуратными шлемами со стеклянными забралами, в которых отражается молодой день. Это было великолепное зрелище. Вернее было бы таковым, если бы не та давящая атмосфера и безотчетный глубинный страх, поразивший их. У крылатых созданий было оружие.
Каково же было удивление молодых людей, когда позади них, спустя некоторое время, опустилось еще одно небесное войско, отличающееся от предыдущего лишь оттенком брони. Они были зажаты между двумя волнами неимоверной силы, от которой стало трудно дышать. Ярош видел, как Млада облокотилась на Гора, дабы не упасть, но и сам парень стоял только из упрямства и лишь Мада, как будто не замечал всего происходящего, стоял, хоть и хмурый пуще обычного, но твердый как скала, посреди океана.
Странности на этом не закончились. Из первого войска небесных воинов вышло двое великанов с черными как ночь крыльями и стали, что-то говорить на непонятном для Титричей языке, перебивая друг друга смехом, заставляющим кости Яроша вибрировать, а мышца судорожно сжиматься. Затем из второй группы воинов, на встречу первым, вышел великолепный в своих доспехах воин с нечеловечески красивым лицом, обрамленный аурой света и тепла. Он обратился к первым двум великанам на том же певучем языке, чем вызвал новый приступ смеха у них.
У Паладина затеплилась надежда, что приход небесных воинов означает великие перемены. Ведь, несомненно, ангелы Творца смогут защитить людей от любой опасности. Возможно, наконец-то случится предсказанное в стародавние времена. Они вновь вернутся в небесный город, откуда были изгнаны их предки. Но оглянувшись на Гора, Младу и Тира Ярош увидел в их глазах лишь страх. В этот момент предчувствие беды накрыла юношу, словно чёрный саван смерти, пришедшей в мир собственной персоной.
На поляне появилась женщина, чей образ так не соответствовал тем чувствам что она порождала. Даже смотреть на неё было мукой, словно смотришь на собственный труп или пытаешься вглядеться в бездну, наполненную чудовищами.
Как ни странно, Мада заговорил с вновь прибывшей, на языке небесных воинов и та ответила ему своим бархатным голосом.
Дальше всё усложнилось для понимания Яроша еще больше. К ним подлетели ангелы и подхватив их, подняли в воздух. О сопротивлении молодые люди даже не помышляли. Спустя краткий миг созерцания двух огромных армий, молодые люди стали свидетелями страшной картины, когда тысячи небесных воинов в одно мгновение взмыли в воздух и устремились на встречу друг другу, и лишь они продолжили свой стремительный полётподальше от разразившейся бойни.
Во время полёта, ангелы нёсшие их, о чем-то перекрикивались, но, Ярош ничего не мог понять, да и не пытался. Все его силы уходили на то, чтобы сохранять спокойствия глядя как под ним на невероятной скорости проносится земля.
Головокружительный полет прервался недалеко от небольшой речушки, прорезающей рощу низкорослой листвянки, а вдалеке были слышны раскаты грома, хотя на небене было грозовых облаков.
