Старик внимательно посмотрел на Белинду. Потом кивнул вроде как сам себе.
— Женись на ней. Но для начала ты всё-таки объяснись, внучек, ты ведь король всё-таки, хоть и отдыхающий. Почему ты ушёл?
— Дедушка…, — сказал Атутин Стразовый и замолчал.
— Давай, милый, не стесняйся.
Атутин Стразовый тяжко вздохнул.
— Это из-за Продовольственной программы, — выдавил он, наконец.
— Из-за программы? — переспросил Король На Пенсии.
— А кому понравится, что его лупят каждый день? — задиристо сказал Король Отдыхающий. — Я понимаю, благо государства, но я ж король всё-таки. Если будет мор и глад, тогда, пожалуйста. А так пусть сами пашут. И сеют.
— Ладно, — сказал, помолчав Король На Пенсии. — С этим разобрались. Пошли дальше. Почему ты вернулся?
Король Отдыхающий молчал.
Белинда украдкой взглянула на своего возлюбленного и увидела, как на лице того крепнет упрямое выражение. Наконец, Атутин Стразовый выдохнул резко, словно к прыжку готовясь, и сказал:
— Я, дедушка, за войсками пришёл. Мне нужна армия.
Дедушка удивился непритворно. Может быть, он даже рассердился немного.
— Вот как? Атти кто-то обидел? Кровь взыграла?
— Нет, — твёрдо сказал Претендент. — Кое-что изменилось в моей жизни.
— Вот как? — сказал дедушка.
— Да. Я — Претендент.
~
В трапезную Атутин Стразовый вошёл упругим стремительным шагом. За ним следом шли несколько офицеров в цветах Стразового королевства.*** Все присутствующие встали.
(***Вероятнее всего, здесь имеется в виду белый цвет, т.е. цвет стекла. —
— Я попрошу дам покинуть трапезную. Здесь будет совет, — сказал Король Отдыхающий, твёрдо глядя в глаза Аманде. — Офицер, проводите даму в покои Короля На Пенсии.
И упреждая незаданный вопрос Аманды, добавил:
— Белинда уже там.
Аманда, как и прочие порядком смущённая новым статусом молодого человека, не противилась.
— Значит, так, — сказал Претендент. — Времени мало. Кобург пал, а значит, враг пойдёт прямо на Билгейтц. Я не в восторге от магов Вентаны, прости меня, Хромой Сом, за прямоту — но сейчас мы должны его защищать. Если падёт Билгейтц, то тому Возлеморью, в котором мы живём, придёт конец. Всё решится под стенами Билгейтца, стало быть, нам надо быть там. Сом!
— Слушаю, Ваше Величество! — маг невольно встал навытяжку.
— Надо связаться с Билгейтцем. Мне понадобится помощь магов Вентаны.
— Ваше Величество, — сказал Хромой Сом растерянно. — Боевая магия бессильна.
— Надо будет изменить погоду. Надо, чтобы между Кобургом и Билгейтцем шли дожди. Надо чтобы дороги развезло, чтобы они шли до Билгейтца как можно дольше!
— Ясно, ваше Величество! — с воодушевлением воскликнул маг.
— Хромушка, — Атутин Стразовый подошёл к магу и взял его за пуговицу. — Иди прямо сейчас, сделай это побыстрее!
Хромой Сом истово кивнул несколько раз подряд и торопливо покинул трапезную, засим бегом сделал несколько шагов по коридору и остановился.
Он, будучи впервые в жизни в Стразовом дворце, совершенно не представлял куда бежать. Оставим же его пока за размышлениями, как найти придворного мага, а сами вернёмся в трапезную.
В трапезной меж тем освободили от посуды большой стол, и офицер из тех, что пришли вместе Королём Отдыхающим, уже ловко расстилал на нём большую и красивую карту Возлеморья.
— Совет Пятнадцати объявил о сборе ополчения. Это значит, что гвардия Ортаска будет в Билгейтце через четыре дня. Возможно, придут саабиты, будет ополчения тысяч пять. Мой Люксенгардтский корпус. Нам нужна неделя, чтобы успеть собрать войска в Билгейтце. Сам я намерен прибыть вместе с корпусом в Билгейтц и там подтвердить своё намерение возглавить армию Возлеморья. Офицер Майгор!
Один из офицеров вытянулся и щёлкнул каблуками.
— Распорядитесь подготовить письмо! В нём должно говориться о том, что Атутин Стразовый, волею судьбы Претендент на Трон Возлеморья, идёт в Билгейтц! И пусть все, кто может, идут ему на помощь! Письмо принесите мне через полчаса, гонцам быть готовыми отбыть во все концы Возлеморья через час! Люксенгардтскому корпусу готовиться к походу. Друзья! Готовьте коней, мы выступаем на рассвете.
Офицер, расстеливший карту, хмыкнул и начал складывать её обратно.
~
Бетутин Бериллиевый пребывал в тяжких раздумиях. В последнее время он полюбил делать это в тронном зале, сидя прямо на троне. Мысли в таком положении в голову лезли в основном государственного масштаба, высокого полёта мысли лезли; хотелось принимать значительные позы и издавать важные указы. Но это так, лирическое отступление, и в нашей истории — не основное. Главное, что Бетутин Бериллиевый пребывал в тяжких раздумиях.
