Въехавши в Билгейтц, Атутин Стразовый перешёл на шаг. Кони притомились, да и лететь галопом по улицам многолюдного города небезопасно как для жителей, так и для самих галопирующих. Мало ли что может попасться на улицах – телега, груженная бутом, дети, играющие в лапту или, что страшнее всего, большое прозрачное стекло, которое куда-то несёт пара вроде бы неглупых людей. Да и потом, быстро передвигаться по самым широким в Земле Простой улицам теперь было непросто.
Атутину Стразовому доводилось бывать в Билгейтце нечасто, поэтому взгляд его был взглядом свежим и незамыленным. Иное дело Хромой Сом. Он провёл в Билгейтце значительную часть своей сознательной жизни. Сколько именно? Составители хроник не занимались подсчётами, но думается, что примерно процентов сорок.
Так вот, Хромой Сом, в отличие от Претендента, смотрел на Билгейтц взглядом сравнивающим, и ему сразу бросились в глаза изменения в жизни города.
С улиц исчезли праздные люди, коих, как правило, полно в столичном городе, зато появилось множество людей, спешивших куда-то с деловым видом. Кое-где Северную улицу перекрыли рогатки и баррикады из корзин с песком. В таких местах возле рогаток с суровыми лицами стояли рядовые Отдельного Второго пехотного, снабжённые сержантом, и пропускали проезжающих или идущих по улице, предварительно задав пару вопросов.
История сохранила для нас эти вопросы. Вот они: «Кто такой?» и «Куда идёшь (едешь)?».
Там, где не было рогаток и баррикад, по улице шатались разного рода патрули. Хромой Сом насчитал три вида патрулей – военные, гражданские и полувоенные. Патрульные требовали предъявить подорожную, паспорт или ещё какой-нибудь документ. При отсутствии оных патрульные пускали в ход те самые два вопроса, ответив на которые, можно было двигаться дальше. Любопытно, что наибольший энтузиазм проявляли гражданские, и девушек они, подкручивая молодецки ус, останавливали чаще, нежели прочих граждан.
Словом, для Билгейтца строгости были невообразимые, так что Претендент со свитой двигался к резиденции в темпе несколько меньшем, чем ему желалось. Сердце Хромой Сома исподволь наполнялось тревогой. Ему, всегда почитавшему Билгейтц как нечто нерушимое, было неприятно увидеть, что гранит даёт трещину.
– Благородный сеньор Наихо де Карбоне по зову Короля и для службы Королю прибыл! – провозгласил церемониймейстер. В зал танцующей походкой человека, счастливо исполнившего свой долг, вошёл последний из рода Карбоне.
– Приветствую Вас, Ваше Действующее Величество! – склонился в низком поклоне сеньор Наихо.
– Добрый день, – с кислой улыбкой сказал Бетутин Бериллиевый.
– Спешу сообщить, Ваше Величество, что долг, к коему Ваше Величество всемилостивейшее меня обязать изволило…
– Извольте говорить без излишеств, – сухо сказал Бетутин Бериллиевый, подтверждая свою репутацию человека, которому не по душе излишний церемониал.
– Ваше Величество, – проникновенно сказал сеньор Наихо, для вящей проникновенности он даже руку на сердце положил, – я исполнил Ваш приказ.
– Какой приказ? – Король Действующий невольно вздрогнул. Он ведь прекрасно помнил, какой приказ в своё время отдал сеньору Наихо, но поскольку успел приучить себя к мысли, что Атутин Стразовый пропал, то сообщение последнего из Карбоне стало для него неприятным сюрпризом.
– О нахождении Короля Отдыхающего, – с любезной готовностию пояснил сеньор Наихо. Голосок его дребезжащий достиг ликующих высот. – Как и велено было Вами, Ваше Величество, проявив максимум деликатности и никому чуждому поручения своего не раскрыв, нашёл я Атутина Стразового!
– И где же он? – слабым голосом спросил Король Действующий.
– Я достиг его в Люксенгардте, откуда он, взяв на себя высокое звание Претендента, двинуться намеревался в Билгейтц.
– В Люксенгардте, – скорбно повторил Их Величество. – Что?!!
– Точно так, Ваше Величество, – торжественно подтвердил. – В Люксенгардте!
– Претендента! – воскликнул Их Величество, наглядно тем свидетельствуя, что мысли его и Карбоне в сей миг были направлены по совершенно разным векторам.
– Точно так, Ваше Величество, – сияя немного щербатой улыбкой, подтвердил сеньор Наихо.
– Силы небесные, час от часу не легче, – пробормотал Бетутин Бериллиевый, отвернувшись в сторону.
– Не понял, Ваше Величество, – безмятежно сказал сеньор Наихо.
– Сеньор Наихо! – Король Действующий повернулся лицом к своему чрезмерно ретивому подданному. – Ступайте. Я подумаю, как вас наградить сообразно вашей заслуге.
Глядя в спину своему удаляющемуся подданному, Король Действующий тяжко опустился на трон. Так он сидел бездумно несколько минут, пока за спиной его не скрипнула дверца.
– Добрый день, мама, – не оборачиваясь, сказал Бетутин Бериллиевый.
– Здравствуй, зятюшка, – немного нараспев сказала донна Мариэтта. – Что стряслось на этот раз?
– Стразовый нашёлся, – печально сказал Бетутин Бериллиевый. – И он не просто нашёлся. Он теперь Претендент.
Сказав это, Король изо всей силы треснул ладонью по подлокотнику своего трона. И впервые за всё время своего знакомства с зятем донна Мариэтта не нашлась чего сказать.
