– Вперед! Быстро! – командую я.
Из леса, с двух сторон, к нам приближаются еще два таких же дьявола. Время терять нельзя. Пока Анатолий организует переход, мы с Леной с бластерами наготове охраняем нашу группу. Сиреневое марево перехода открывается прямо в болото. И как раз в этот момент из леса выбирается еще один монстр. Слишком близко для бластера. Но и убегать просто так нельзя. Вдруг он ринется за нами в переход.
– Уходим! Я прикрываю.
Мои друзья один за другим исчезают в переходе. А монстр с кошачьей грациозностью быстро приближается к нам. До него остается всего метров двести, когда я, уже стоя одной ногой в переходе, стреляю в него из бластера и тут же ныряю в переход, унося с собой установку.
ГЛАВА 14
А в ответ мне:
«Видать, был ты долго в пути
И людей позабыл,
мы всегда так живем!»
Холодновато, однако. Даже не холодновато, а, прямо скажем, морозно. Градусов двадцать, не меньше. А скорее всего, и больше.
– Минус двадцать восемь, – подтверждает мою догадку Лена, бросив взгляд на наручный термометр.
Мы стоим по колено в снегу среди бескрайней, безжизненной равнины. Солнце, судя по размерам и спектру, наше, земное; еще довольно высоко, но уже начинает опускаться. Не заметно никакого движения, не видно никакого нарушения однообразного и плоского рельефа. Настоящее Белое Безмолвие. Куда до него тому, что описывал Джек Лондон. Там, по крайней мере, была сосна, задавившая Мэйсона. А здесь…
– Как вы смотрите на предложение поскорее выбраться отсюда? – спрашиваю я, ни к кому не обращаясь.
– Вообщето положительно, – соглашается Анатолий, но тут же добавляет: – Только поскорее вряд ли получится. Ближайшая подходящая флуктуация находится более чем в пятидесяти километрах отсюда.
– Тогда пойдем к ней. Других вариантов все равно нет, – говорю я.
– Подожди, – останавливает меня Лена. – Мыто дойдем. А вот Вир перехода не выдержит. Это точно.
Действительно, я совсем забыл, что наш новый друг экипирован для такого похода, мягко говоря, совсем неподходяще. И на тебе! Из такой парилки, да сразу на почти тридцатиградусный мороз. Положение кажется мне безвыходным. Но Лена, как всегда, находит решение таких простых, житейских задач раньше меня. Она стаскивает с себя комбинезон с электроподогревом и протягивает его Виру:
– Одевайся!
Сама она остается в прозрачном сертоновом костюме. Мне становится не по себе. Я прекрасно знаю Ленкины способности в плане терморегуляции своего тела. Но даже при всем при этом мне жутко даже представить, как моя подруга пойдет по этим сугробам, при таком морозе, практически нагишом.
– А ты? Так и пойдешь?
– Ты меня за дурочку держишь или за снежную леди?
Покопавшись в своем объемистом ранце, Лена достает аккуратно свернутый белый свитер и брючный костюм из голубой кожи. Она сотворила его, когда у нас первый раз «гостила» Наташа.
– Что ж, – с сомнением говорю я, – это не Время весть что, но лучше, чем ничего.
– И я так думаю, – беззаботно отвечает Лена.
Если ктонибудь подумает, что нам предстояла относительно несложная задача – пройти какието полсотни километров по ровной, как стол, местности, пусть попробует это проделать. Пусть он попробует пройти скольконибудь, проваливаясь на каждом шагу по колено и глубже в снег. И когда он скажет: «А ну его!..», вот тогда это будет примерно одна двадцатая того, что нам предстояло.
Тяжелее всего тому, кто идет впереди всех и прокладывает дорогу. Мы с Анатолием меняемся через каждые сто метров. Вира к этой работе мы не привлекаем. Его шуки, тапочки из мягкой кожи, хороши, чтобы бесшумно ходить по лесу, но не по глубокому снегу. За час мы проходим два километра с небольшим.
Короткая остановка. Садимся прямо там, где шли, подложив под себя ранцы. Я прикидываю пройденное расстояние, остаток пути, высоту солнца и прихожу к знобящему выводу. Не миновать нам ночевки, а то и двух, вот так, прямо в снегу, на морозе. Закуриваю и с сомнением смотрю на Лену. Вряд ли она выдержит такое. А та, словно не замечая моей обеспокоенности, говорит:
– Верно ты тогда сказал, когда мы готовились. Как ни планируй, как ни прикидывай, а все равно окажется, что самой нужной вещи мы не взяли. Забыли. Не понял? Лыжи надо было взять.
– Угу, – соглашаюсь я. – А еще лучше, аэросани. А лучше всего, вертолет.
– Точно! И где ты раньше был, такой умный?
– В самом деле! – оживляется Анатолий. – Мы же могли на синтезаторе сотворить части и собрать вертолет. Это здорово облегчило бы нам жизнь.
– Толя, – вздыхаю я, – это мы так шутить изволим. Даже если бы нам и удалось построить способный летать вертолет, мощности нашей установки все равно не хватило бы для его перехода из Фазы в Фазу. И второй момент: где мы во всех этих Фазах взяли бы для него топливо?
– Мы могли бы сделать вертолет…
– Брось, Толя. Я же сказал, что мы все равно не смогли бы протащить его через переход. Вставай лучше, и – вперед.