– Нет, Андрей. Я бы тогда начал именно с этого. Я же знаю, что вас это не остановит, и вы все равно пойдете до конца. Я просто хочу предупредить вас об этом. Это Кора пожелала, чтобы я предложил вам вывести вас отсюда. «Вдруг да согласятся», – сказала она. Я и Филиппу сообщил, где вы можете находиться, и сказал, что попытаюсь вывести вас. Я ведь говорил, что для ваших товарищей этот Мир лежит в недоступной зоне? Так вот. Я вам больше ничего не предлагаю и не запугиваю вас. Поймите меня правильно. Будьте сейчас готовы ко всяким неожиданностям, к очень серьезным осложнениям и опасным встречам. Дальше все будет зависеть только от вас самих. Очень много будет зависеть и от, прямо скажем, везения, удачи.
– Удача, она смелых любит, – говорю я, так же как и Старый Волк ковыряясь в углях.
– Верно, любит. Но не забывай, Андрей, еще и о том, что Осторожность – мать Мудрости. Смелости и умения вам не занимать. Знаю. А вот Удача. Давайте, выпьем за то, чтобы Время послало вам Госпожу Удачу.
– Знаком с Окуджавой? – удивленно спрашиваю я, разливая коньяк.
– Лично не довелось, – усмехается Старый Волк.
– Странно. Окуджаву знаешь, Высоцкого начал осваивать, а с Шекспиром не знаком.
– Невозможно объять необъятное.
– Ишь ты! – замечает Лена. – Он, оказывается, и Козьму Пруткова знает.
– Если уж в дело пошел Козьма, то надо вспомнить еще одну его мысль, – говорю я. – Односторонний специалист подобен флюсу. Я давно заметил, что подготовка ваших хроноагентов несколько хромает.
– И в чем она уступает вашей? – живо интересуется Старый Волк.
– Смотрика, чего захотел! Так и скажи ему, да еще накануне такого противостояния. Ладно. Стакан – не микрофон. Выпьем за удачу!
Уже поздно, уставшие товарищи один за другим укладываются и засыпают. Остаемся сидеть только мы со Старым Волком. Мы молчим. Смотрим друг на друга, на огонь, на звезды. Я вдруг обращаю внимание на то, как одет Старый Волк. На нем тонкий обтягивающий свитер лилового цвета с металлическим отливом, бордовая кожаная юбка, высокие сапоги синего цвета и отливающие металлом красные чулки. Завершает наряд фиолетовая бархатистая мантия с золотым орнаментом. Ну вылитый пират из эскадры Бертольера Горчи! И тут я вспоминаю планету Плей и наряды ее жителей.
– Слушай, Шат Оркан, я давно хотел тебя спросить одну вещь. Ты ведь родом с планеты Плей из системы Бета Водолея?
– Хм! Как ты догадался?
– По одежде. Когда я туда попал, сразу вспомнил тебя, в каком виде ты появился передо мной в своей лаборатории в СенКанте. Как бы человек ни менялся, вкусы, привитые в молодости, остаются навсегда.
– Ты прав. И как ты находишь наш стиль? Ты ведь и сам дважды работал в этих краях и одевался таким образом.
– De gustibus… Впрочем, я хотел спросить тебя о другом. Ты же состоял в Мафии, контролирующей игорный бизнес и добычу рубинов?
Старый Волк кивает.
– А как ушел? Через… – Я касаюсь пальцем виска.
У Старого Волка я давно заметил на виске звездообразный шрам. Старый Волк кивает и морщится.
– Если это связано с неприятными воспоминаниями, не рассказывай, – предлагаю я.
– Пустяки, дело прошлое. Хотя действительно приятного в этом было маловато. На Плей прилетел с друзьями знаменитый звездопроходец Солтан Турас. Слышал о таком?
– Кажется, да. Помоему, он открыл много систем с планетами, пригодными для жизни.