Чтобы спасти будущее, придется изменить прошлое. Чтобы отменить катастрофическую войну «за русское наследство» в начале двадцать четвертого века, нужно отменить Гражданскую войну в России в веке двадцатом. Выполнить это задание должны инженер из 2010 года и физик из 1981-го, давно страдающие навязчивой идеей оптимизировать отечественную историю.
Окруженный зоной свернутого пространства катер снизился в предрассветных сумерках, оставаясь невидимым для аборигенов. Карло выпрыгнул из люка, помахал рукой самому себе и сидевшей рядом Рагнаре, после чего сделал несколько шагов вдоль парковой аллеи. Люк затянулся, и только слабая воздушная волна подсказала, что машина набрала высоту.
Карло вел «оборотня» по темному парку, испытывая сильнейшее волнение, словно сам очутился в пугающем чужом мире. Похожий всплеск эмоций он переживал во время первой высадки на планеты Капеллы. Но там было иначе, а теперь он работает на Земле, которую совсем не знает, и выполняет миссию запредельной ответственности.
Несмотря на раннее утро, зеленое пятно в центре будущего мегаполиса не было безлюдным. Карло видел спящего на скамейке человека в рваном пиджаке, чуть дальше мрачный бородатый старик размахивал длинной палкой. «Помело», – подсказала встроенная память, и Карло понял: «Дворник».
– Позвольте вас приветствовать, – произнес он заученную формулу. – Будьте любезны, подскажите, в каком направлении расположен выход на городскую территорию.
– Спозаранок нажрался. – Загадочная реплика безусловно не содержала ответа на заданный вопрос, но была произнесена с несомненной завистью. – Вон там ворота.
Дворник указал рукоятью помела куда-то вбок. Поблагодарив, Карло нашел аллею, ведущую в указанную сторону, и вскоре, обогнув фонтан, действительно вышел к чугунным воротам. Мимо него, позванивая сигнализацией, прокатился транспортный агрегат, сочлененный из двух вагонов. Судя по токосъемнику на крыше и отсутствию запаха сгоревших углеводородов, это был трамвай или троллейбус. Впрочем, устройства с двигателями внутреннего сгорания тоже изредка передвигались, громко тарахтя, по узкой улице.
Перед воротами парка работали примитивные осветительные устройства, размещенные на столбах. Внимание космонавта привлек абориген, клеивший к деревянным стендам листы бумаги, покрытые типографскими значками. Очевидно, это были пресловутые газеты – статичные предшественницы интерактивных новостных лент. Согласно историческим хроникам, газеты погибнут в начале следующего века, не выдержав конкуренции с архаичной компьютерной сетью.
Приблизившись, Карло с интересом изучил свежий номер газеты, не без претензий названной «Правда». Как и следовало ожидать, текст был набран и распечатан старинной кириллицей, плохо отформатирован, а графические вставки имели отвратительное разрешение. Тем не менее, Карло понял, что попал в начало осени, причем до мировой войны остается от двух до четырех лет – в зависимости от того, которая из дат, найденных в исторических материалах, ближе к истине.
В газете говорилось о происках империалистических варваров, не желающих создавать систему коллективной безопасности. Команда ЦДКА сыграла вничью с «Динамо», самый лучший в мире самолет совершил рекордный перелет поперек Евразии, шахтеры Донбасса тоже поставили какой-то рекорд. Смысл большинства слов был понятен, однако полной картины не получилось. Немного добрых эмоций вызвал плохо напечатанный, но вполне остроумный шахматный этюд. Подумав недолго, Карло решил задачку и ностальгически заулыбался.
– Не отвлекайся, – нервно потребовала Рагнара. – Аборигены обращают на тебя внимание.
Отключив соединение с «оборотнем», Карло предположил:
– Выбранная нами одежда не гармонирует с местной модой.
– Поменяй дизайн!
– Вокруг слишком много аборигенов. Внезапное изменение внешнего вида может смутить примитивных людей.
Судя по карте, цель находилась на северо-востоке, и Карло направил зонд вдоль набережной. Хотя жили предки в полном варварстве, движение по городу организовали с умеренным рационализмом. Для транспортных средств была выделена лишь средняя часть улицы. Именно здесь были проложены рельсы, и над отведенной в распоряжение машин полосой раскинулась паутина электрических проводов. По краям улицы, примыкая к стенам домов, тянулась пешеходная дорожка, вроде широкой ступеньки, приподнятой над автомобильно-трамвайной дорогой.
В местах, где пересекались улицы, нередко стояли люди в униформе: белый китель, перетянутый сложной системой ремней, белая каска с козырьком, широкие синие штаны, заправленные в черные сапоги. Эти люди свистели в короткую черную трубку и виртуозно размахивали полосатой черно-белой палкой. Присмотревшись, оператор зонда пришел к заключению, что люди в униформе управляют транспортными потоками. Необходимость использования человека для исполнения подобных функций вызывала сомнения, поскольку нередко на тех же перекрестках были установлены световые плафоны. Вероятно, не все аборигены понимали простые красно-желто-зеленые сигналы либо не желали подчиняться сигналам в знак протеста против вторжения машинерии в общественную жизнь. Ничем иным не получалось объяснить присутствие военизированных стражей порядка. Базы данных подсказали, что полицейские во многих странах были вооружены.