Хро́нос полностью

В кабинете их было трое: майор Клементьев, главный руководитель научных исследований Марса Яков Николаевич Колчев и представитель финансирующей организации.

— Майор, прежде чем войти сюда Вы подписали договор о неразглашении, — начал Колчев, — поэтому я уберу завесу таинственности и сразу перейду к делу. Сейчас мы, основываем колонии на Марсе, изучаем его. На днях мы исследовали образцы грунта взятого подле мыса Каллигулы у Малого Северного моря и обнаружили, что такой же грунт был нами встречен семнадцать лет назад на Луне. Тогда те образцы были отнесены к космической пыли. Сейчас мы повторно их исследовали, и с уверенностью можем сказать, что это не космическая пыль, это марсианский грунт на Луне. И это сделано ни нами, ни китайцами и ни американцами.

— С чего такая уверенность на счёт последних, они же не любят перед нами отчитываться, — отметил Клементьев.

— А с того, майор, что согласно результатом шурфированного исследования грунт был занесён на Луну не менее двухсот лет назад. В то время на Земле шёл к концу девятнадцатый век, и о полётах на Марс с Луной человечество ещё только начинало мечтать.

— Допустим, двести лет назад Луну посетили пришельцы, и что с того, для чего сейчас вы пригласили меня? — поинтересовался майор.

— Следы пребывания инопланетян это же сенсация. А образцы грунта могут находиться, и у наших стратегических противников, — вступил в разговор представитель, — поэтому мы стали действовать быстро и нам пришлось пренебречь некоторыми правилами.

— А именно? — вопросил майор.

— Место на Луне, — сказал Колчев, — где был обнаружен грунт, называется ущелье Тишины. Неподалёку от него находится наша научная база «Дружба-3», там, в настоящее время, трудятся двое сотрудников: профессор Иван Спиридонович Фёторов и его родной племянник доктор Алексей Фёторов. Вчера Алексей в одиночку прибыл на место, просканировал участок, и в пещеру на дне ущелья отправил четыре летательных и два колёсных дрона. Один колёсный дрон, правда, замолк, но остальные никаких угроз не обнаружили, и доктор Фёторов на свой страх и риск вошёл в пещеру. После чего связь с ним была утрачена.

— Вам, майор, — произнёс представитель, — необходимо возглавить спасательную экспедицию. Вы с двумя солдатами летите на «Дружбу-3», забираете оттуда профессора и с ним отправляетесь к ущелью и спускаетесь в пещеру на поиски младшего Фёторова.

Рядовым Петрову и Демичевскому майор обрисовал ситуацию без подробностей о грунте. У Петрова сложилось впечатление, что их задача заключается в том, чтобы они вооружённым конвоем доставили профессора к обмороженному телу его пропавшего родственника.

Весь путь до ущелья Фёторов старший, винил себя, что разрешил Алексею пойти одному, и бранил финансирующую компанию, в неисправности второго лунохода, что не позволило ему сразу поспешить на помощь к племяннику. Майор был сдержан, и старался не обращать внимания на жалобы старика.

Челнок приземлили подле лунохода, на котором прибыл младший Фёторов.

Луноход находился сразу у пологого спуска в расщелину, в которой и располагался вход в пещеру.

— Всем сохранять спокойствие, стараться не выпускать друг друга из вида. Идти не спеша, быть внимательными, — в приказном порядке распорядился Клементьев, когда все четверо вышли из шаттла.

Скафандры были удобны, совершенно не стесняли движений, снабжены многочисленными фонарями, достаточно хорошо освещавшими всё вокруг. В руках военных были модифицированные автоматы Калашникова, на случай столкновения с возможным неприятелем.

Майор велел Петрову запустить в пещеру пару дюжин осветительных летательных дронов-разведчиков, а Демичевскому остаться возле челнока и лунохода.

Пещера представляла собой систему искусственно созданных коридоров и помещений неясного назначения. Оказалось, здесь рации действуют только в пределах нескольких метров, т. е. переговариваться можно было лишь в непосредственной близости.

Дроны, улетевшие в дальние коридоры, обнаружили Фёторова младшего. Он был крайне удивлён, что здесь есть кто-то ещё, и к тому же этот кто-то его дядя, который оставался на станции.

— Почему ты всё ещё здесь? — налетел на него Иван Спиридонович, — я себе больше суток места не нахожу.

Удивлению Алексея не было предела:

— Какие сутки, я сюда вошёл минут пятнадцать назад.

Майор переглянулся с Петровым.

Словесная перепалка родственников не утихала, каждый недоумённо стоял на своём относительно количества прошедшего времени. Офицер прервал их:

— Я думаю, пропавший обнаружен, спасательная миссия завершена, пора уходить отсюда.

Учёные тут же прекратив спор, объединились.

— Майор, — ответил Фёторов старший, — в спасательной миссии необходимости больше нет, и Вы более не главный надо мной. Теперь миссия вновь научная, и мы с племянником останемся здесь для сбора информации и образцов. А Вы можете быть свободны, или если Вам угодно, осуществляйте охранные мероприятия.

Клементьев был несколько раздосадован таким поворотом, но согласно инструкциям, профессор был прав.

— Уходим, — сказал он Петрову.