– Здесь так красиво, – сказала она, чувствуя убаюкивающее покачивание лодки.
Сэм наконец оторвал взгляд от воды. Он внимательно посмотрел на Кейт:
– Если вы действительно думаете, что здесь красиво, то вам следует приехать сюда в другое время года. Зимой, когда все покрыто снегом, Медвежья Петля могла бы победить в конкурсе Нормана Рокуэлла.[3] Весной же дух захватывает от красоты цветущего кизила и полевых цветов. Летом, конечно, тут очень многолюдно. А осень, когда начинается листопад, – осень великолепна.
– Тут не очень много домов, так ведь?
– Да, немного. Вдоль того вон берега тянется заповедник дикой природы, – пояснил Сэм. – И даже на нашей стороне озера домов очень мало. Надеюсь, что так будет и в дальнейшем.
Кейт воспользовалась поводом задать вопрос, который давно уже вертелся у нее на языке:
– Ханна сказала, что гора принадлежит вам. Поэтому вы здесь всем распоряжаетесь?
Сэм засмеялся и отвел взгляд.
– В какой-то степени она права. Действительно, моей семье принадлежит довольно значительная часть территории в Медвежьей Петле и вокруг нее. Но право же, Кейт… – Он окинул взглядом берега озера. – Посмотрите вокруг. Никто не может владеть этими горами.
– Давно ваша семья живет здесь?
– Дайте подумать… – Сэм наморщил лоб. – Мы как-то пытались это выяснить. Вероятно, либо мой прапрадедушка, либо кто-то из его предков забил здесь первый колышек, застолбив участок. И только со временем владения расширились.
– Но почему же вы не можете выяснить, какой из дедушек все начал? – недоумевала Кейт. – Разве не у кого спросить?
Сэм потупился. Потом вновь устремил взгляд куда-то вдаль.
– Жизнь в горах тяжела, Кейт. Здесь многие умирают задолго до того, как успевают состариться. Я смутно помню только одного своего деда. Моя мать умерла, когда я был подростком, а отец – несколько лет назад. Сейчас я жалею, что не расспросил отца подробнее о нашем генеалогическом древе. А от Грэнни толку мало. Она практичная женщина – говорит, что у нее никогда не возникало необходимости запоминать подобные вещи.
– Я очень вам сочувствую, Сэм, – сказала Кейт, подавляя желание взять его за руку. – Сэм, я действительно не хотела вас обидеть.
– Все нормально, – сказал он, похлопав ее по руке. – Я не против того, чтобы поговорить о моих родителях. Они были довольно необычной парой. Земли принадлежали моей родне по отцовской линии. Отец родился и вырос в горах. А мама была девушка городская. “Культурная” – так о ней говорили. Она из богатой семьи – училась в самых лучших женских школах. Но она была очень независимая и упрямая. Мать приехала в горы с какой-то туристической группой. Провела здесь лето и влюбилась. Нет необходимости говорить, что ее родители были против брака. Единственное, что ее возмущало в горах, – это отсутствие возможности дать образование жившим здесь людям. Она свято верила в образование. Думаю, у вас с ней много общего. Сэм улыбнулся и подмигнул ей. Кейт почувствовала, как краснеет от неожиданного комплимента. Было очевидно, что Сэм очень уважал свою мать. Кейт с удивлением думала об этой женщине, которая предпочла Медвежью Петлю жизни в роскоши. Она бы с удовольствием познакомилась с ней.
– Значит, Грэнни и Энни – вся ваша здешняя родня?
– Да. Правда, у Грэнни есть несколько племянников и племянниц, которые живут не очень далеко отсюда. Кстати, одна из племянниц и трое ее детей приедут сюда на День благодарения. И мы приглашаем вас провести праздники с нами – если у вас, конечно, нет других планов.
– Столько людей в таком маленьком домике? Где же они все будут спать?
– Милая моя, обычно к нам приезжает более многочисленная компания! Нынешний год будет сущим пустяком, если говорить о ночлеге. Ведь все гости – женщины.
Кейт оценила его приглашение, но она не планировала оставаться в горах так долго. Так почему же она об этом не скажет? “А вообще-то… Ведь до праздника всего несколько дней. Почему бы не пожить здесь неделю? Ханна взбесится, если я вернусь домой через несколько дней. И кроме того, все так старались помочь мне, было бы просто невежливо сразу же уехать”.
– Спасибо, Сэм. Я с радостью принимаю ваше предложение. Только придется позвонить Грэнни и узнать, нужно ли что-нибудь принести с собой.
В глазах Сэма заплясали веселые искорки. Он приподнял одну бровь.
– Но у вас нет телефона. Забыли?
– А почтовые голуби есть?
– Похоже, вам придется совершить еще одну пешую прогулку к марине, – сказал он, посмеиваясь. Потом уже более серьезным тоном добавил: – И вот что, Кейт… Делайте это каждый день, пока будете жить здесь. Даже после того, как отремонтируют вашу машину. Ходите по горе пешком. Ходите по ней, пока не привыкнете к горе настолько, что она станет как бы вашей частью.
Последние слова он сказал почти что шепотом, так что Кейт с трудом расслышала их. Она вздохнула, прислонившись к борту лодки. Гораздо больше ее беспокоило то, что не только гора западет ей в душу.
