Температура тела стремительно поднимается, потому что следы прикосновений остаются на коже, будто ожоги. Горячие и острые. Вызывающие дрожь внутри.
Мне стоит огромных усилий вернуть себе благоразумие, встать с места и уйти к дочери, сделав вид, что никаких провокаций не было.
Не знаю, как легко это даётся Аслану, но он присоединяется к нам спустя пару минут, избавившись от свитера и переодевшись в футболку.
Устроившись на полу рядом с Ами, Тахаев демонстрирует команды, которым недавно научил собаку. Несмотря на то, что у нас с Луной не сложились отношения, её смекалистость и дружелюбный характер невольно вызывают улыбку.
— Мам, спускайся к нам! — зовёт Амелия, похлопав по мягкому ковру, потому что я единственная, кто остался на диване.
— Ну уж нет, больше я на ваши игры не подпишусь.
— Ну ма-ам…
Тем не менее, наблюдать за их забавами интересно. Луна лихо подаёт лапу, выполняет команды «лежать» и «сидеть», а дочь каждый раз восхищённо хлопает в ладоши. Кто бы мог подумать, что ретривер способен стать таким мощным источником детского счастья.
Аслан угощает собаку лакомствами, почесывая её голову и за ухом.
Я избегаю смотреть на него прямо, потому что пульс всё ещё зашкаливает. Кажется, воздух вокруг нас стал густым и плотным, почти осязаемым. Я роюсь в сумке в поисках телефона и, когда наконец нахожу его, замечаю на экране несколько пропущенных звонков и сообщений от мужа.
Ужасно то, что меня не гложет совесть. Да что там, она даже не шевелится! Единственное, что волнует, — вбившийся в поры запах первого мужчины, который всего лишь нежно прижался губами, чтобы меня утешить. Не подразумевая ничего такого, но не позволяя мне сосредоточиться на чём-то другом! Более важном!
Прислонившись спиной к стене в коридоре, я набираю номер Влада. Услышав его запыхавшийся голос и оправдания о том, что на объекте негде было зарядить мобильный, я постепенно прихожу в себя, стараясь не позволять эмоциям взять верх над здравым смыслом.
— Мы у Аслана, — с трудом признаюсь. — Так получилось. Был сложный вечер, я попала в аварию. Машина в сервисе, а до тебя было нереально дозвониться.
— И ты позвонила ему?
— Именно. Попросила забрать Ами с балета.
Диалог получается путаным и напряжённым, хотя раньше у нас таких проблем не возникало. Я убеждаю себя, что это небольшое испытание, которое мы с мужем достойно преодолеем, а затем окрепнем и, взявшись за руки, пойдём дальше.
— Аль, я заеду за вами часа через два. Пришли адрес.
Вскоре в дом звонит курьер, доставляя еду из ресторана. В меню больше нет фастфуда — теперь там салаты, мясо и полезные гарниры. Но без десерта, конечно, не обходится.
Мы ужинаем втроём, сидя за большим овальным столом. К моему удивлению, Луна терроризирует своим вниманием только меня: она встаёт на задние лапы, а передними настойчиво царапает джинсы.
Аслан успевает лишь рявкать на неё, используя не до конца освоенные команды вроде «фу» и «нельзя», которые пока совершенно не работают. Это выглядит комично и немного разряжает обстановку смехом.
— Будет плохо, если я поделюсь курицей? — спрашиваю, чувствуя жалость к Луне.
— Человеческая еда может навредить её желудку, да и привычку выпрашивать потом не искоренишь.
— Даже один кусочек?
— Лучше не стоит, — пресекает Аслан.
Я собираю волосы в хвост и убираю посуду в мойку, давая отцу и дочери возможность побыть вдвоём. Сегодняшний день окончательно убеждает меня в том, что Аслану можно доверять. Не обязательно сразу оставлять их на весь день, но на час, два или три — вполне.
Посматривая из соседней комнаты в гостиную, я замечаю, как Ами учится настольным играм, подключая смекалку. Этот дом теперь завален всяким хламом, который она не торопится забирать домой, потому что хочет играть им исключительно здесь. К слову, Аслану не пришлось объяснять, что куклы дочери не нужны. Он и сам это как-то понял.
Я заканчиваю уборку и присоединяюсь к просмотру фильма, где на экране появляется тот самый Лев Аслан. Мы случайно наткнулись на него по какому-то телеканалу месяц или два назад, идея показалась Ами невероятно захватывающей. Помню, она перерыла все шкафы в доме, надеясь найти дверь в Нарнию.
Проверяя телефон, я машинально провожу пальцами по волнистым волосам дочери. Она лежит у меня на коленях, сонно зевая. Не успеваю я заметить, как Ами засыпает. Крепко, быстро. Свернувшись клубочком.
Я стараюсь не двигаться, чтобы её не разбудить, хотя Влад должен приехать за нами с минуты на минуту.
Аслан собирает игрушки с ковра, мелькая перед глазами, и пододвигает кресло ближе, заслоняя собой экран телевизора.
Устроившись напротив, он кладёт локти на широко разведённые колени. Его взгляд скользит от меня к Ами и задерживается на ней чуть дольше. Во сне наша дочь кажется особенно трогательной и милой. Я и сама могу сидеть, глядя на неё, с чувством вины за то, что когда-то материнство казалось мне бременем.
— Она устала после балета, — шёпотом объясняю. — Обычно занятия длятся час-полтора, но перед открытым уроком — дольше.
— Почему балет? Чья это была идея?
