- Не видел надобности, - пожал плечами Кинан. – Мы с тобой говорили. Я намеревался… Дония тогда простила меня. Я думал, будет неразумно говорить тебе, а потом Сет ушел, и я не хотел еще сильнее тебя расстраивать.
- Ты должен был сказать хоть что-то. Ты согласился ничего не утаивать от меня. – От ее кожи пошел пар, в ней яростно пульсировал солнечный свет. Будь на месте Кинана другой человек, он бы вообще не смог к ней прикоснуться.
- Но теперь говорю, - сказал он. – Куину следовало бы держать…
- Нет. – Эйслинн отстранилась от него. – Он правильно сделал, что сказал. Я Летняя Королева, а не твоя игрушка без права голоса. Мы это уже обсуждали.
- Ты расстроена.
- У Войны мои вещи. Вещи Сета. Ты говоришь, что Сет угрожал тебе. Да, я расстроена.
- Именно этого я и не хотел. Мне нужно, чтобы ты была счастлива.
Эйслинн откинулась на диванные подушки, увеличивая дистанцию между собой и Кинаном.
- А мне нужны ответы.
Летний Двор уже прочесал всю округу. У нее не было ни малейшей зацепки, чтобы понять, куда мог уйти Сет, – до сегодняшнего дня.
- Но это бессмысленно, - произнесла она. – Я встречалась с ней. Сет… он бы не ушел с такой, как она, по доброй воле.
- Да неужели? Сет – ближайший друг Темного Короля. В твоем смертном есть кое-что, чего ты не видишь. Каким он был до тебя? – Кинан пристально посмотрел на нее снизу вверх. – Сет не невинное дитя, а Темный Двор полон соблазнов, которые поймали в свои сети не одного смертного, Эш.
- Эйслинн. Не Эш. Не называй меня так. – Ей было больно. Она ненавидела это чувство; странно было слышать, как Кинан называет ее смертным именем.
- Если желаешь, чтобы я разузнал побольше, я мог бы попросить аудиенции у Ниалла, - предложил Кинан. – Если только ты не хочешь, чтобы я позвал к нам Войну…
- Нет. – Эйслинн все еще чувствовала дым в воздухе, когда Бананак явила ей ту иллюзию в парке. – Мы и так на грани безумия, не хочу видеть ее здесь. Я пытаюсь найти способ стать той королевой, которую заслуживают наши фейри, а приводить ее в их дом – это не верный способ. Я не могу просто сидеть здесь. Наверняка ей что-то известно.
- Так что тебе нужно, Эйслинн? – Кинан с подозрением смотрел на нее. – Ты действительно хочешь рисковать собой? Это поможет? Он не был счастлив. Если он ушел с ней, попавшись в сети соблазнов…
- Мы можем пойти к Бананак? – Эйслинн думала, что со слезами покончено, но глаза защипало, и она старалась не заплакать. – Если она причинила ему вред…
- Мы не знаем, был ли там Сет с дружеским визитом, или это что-то другое. Позволь мне…
- Если она причинила ему вред, - снова начала Эйслинн, - я этого так не оставлю. Если бы она ранила Донию или меня, ты бы этого не стерпел.
- Я не могу рисковать Двором ради одного смертного, Эйслинн, - вздохнул Кинан.
- Это и мой Двор тоже, - напомнила она.
- Даже если он у нее, ты не можешь напасть на Войну.
- Ты пытался?
- Нет.
- Тогда не говори мне, что я не могу этого сделать, - сказала она. Если Бананак похитила Сета и убила его, Эйслинн знала, что найдет способ отомстить. У нее впереди вечность.
- Ты бы рискнула нашим Двором ради него? – спросил Кинан.
- Да. Ради того, кого люблю, – без колебаний.
Кинан вздохнул, но больше не возражал.
- Тогда отправляемся в логово льва, моя королева.
В сопровождении целого отряда стражи Летние Король и Королева отправились к Бананак. После того, как Дония напал на Эйслинн, и после последней встречи с Ниаллом, которая закончилась настоящим противостоянием, Эйслинн по-прежнему сомневалась, не взять ли больше стражи. Идти в Темный Двор, Двор кошмаров – дом Ищеек, гнездо ворона-падальшика – назови как угодно, казалось отнюдь не разумной затеей.
Но у Бананак могли быть ответы.
Эйслинн не спрашивала, откуда Кинан знал, где найти Бананак; ее слишком страшила невероятная мысль, что она сейчас направляется ко Двору, чьи фейри откровенно ненавидят ее собственный, – и все это в присутствии квинтэссенции войны.
Кинан вел ее через Хантсдейл к дому-развалюхе с выбитыми окнами. Он не был светлым и воздушным, как дворец Летнего Двора, не был старинным особняком, как дом Донии. Даже воздух вокруг здания казался грязным. От этого Эйслинн поежилась, словно стояла голой перед толпой извращенцев.
Когда они приблизились к двери, Кинан нахмурился. Он не удосужился постучать. Распахнул дверь и зашел внутрь. Казалось, он был готов ударить кого-нибудь.
- Кинан! – Эйслинн схватила его за руку. – Мы должны поговорить с ними. Помнишь? Это…
- Девочка-зола, наконец-то ты зашла повидаться.
