Был ли Стефано потрясен ее словами? Он посвятил ей ночь, целовал, доводил до многочисленных оргазмов. Шокировали ли его эти слова? Диана всматривалась в его лицо, он прищурил глаза. Да, возможно, он не ожидал таких слов, но явно что-то замышлял.
– Ты права, – наконец произнес Стефано совершенно спокойно, – но было хорошо.
Было шикарно! И даже больше! Но об этом он не узнает. Диана вскочила с кровати в поисках своего халата.
– Тебе лучше уйти… навсегда.
– Ты не ответила на мой вопрос о Грифе.
– Я уже о нем и забыла. – Она нашла халат, он лежал на полу, и быстро надела его, скрывая свою наготу.
– Зато я не забыл. Но можешь не утруждать себя лишними разговорами, я знаю, что ты недоговариваешь.
Она наблюдала за тем, как он одевался. На секунду показалось, что видеть Стефано Висконти в своей постели – это так естественно, он как будто не уходил из ее жизни. Но это обман.
– Ты изменил своей жене. – Она перевела тему разговора, чтобы уйти от темы Грифа.
Он даже не отреагировал. Такая реакция наводила на мысль, что он часто изменял жене.
Стефано накинул рубашку и подошел к ней ближе. Теперь от него пахло ею, так же, как от нее пахло им. И впервые в жизни не хотелось смывать с себя эту ночь.
– А ты своему парню. И я больше чем уверен, что ты о нем даже не вспомнила. И еще больше уверен, что теперь твои мысли будут далеки.
Да, он был прав, она не вспомнила о Дереке этой ночью. Сложно было вообще о чем-то думать.
– Тебе пора уходить, – напомнила Диана, наблюдая, как Стефано подошел к окну и аккуратно отодвинул занавеску. Посмотрел на улицу и тут же задвинул ее обратно.
– Да, мне пора. – Он обернулся к ней, но Диана перевела взгляд на ту самую занавеску, которую он задвинул обратно. Странные действия. Посмотрел в окно очень настороженно, как будто боясь слежки… Ну да, он же будущий мэр и женатый человек! Боится прессы? Или чего-то другого?
– Всего хорошего, – наконец произнесла она, откинув все мысли, встречая его взгляд, – больше такое не повторится… надеюсь.
– Надеюсь, – кивнул он, – кстати, если ты думаешь, что отвлекла меня от разговора насчет угроз Грифа, то ошибаешься. Я уже в курсе, что папочка боится за своего сыночка. Охрану не приставил к нему?
– Хватит! У Дерека на этот счет свое мнение! Как и у меня об этой глупой угрозе!
– Правда? – удивился Стефано. И зачем она заговорила об этом? Лучше бы молчала, и он быстрее бы ушел. – Не приняла угрозу близко к сердцу?
– Тебе нет до меня дела, – довольно улыбнулась Диана, – так какого черта ты лезешь не в свои дела?
– Гриф – мое дело…
– Но послание было не тебе! Оно было связано с Дереком и моей личной жизнью.
Он молчал. Смотрел на нее и молчал. Диана даже заметила, как зарождается огонь в его глазах. Но она все верно сказала – его это не касается.
– Гриф мне ничего не сделает, а если и сделает, то я буду только рада, – спокойно произнесла она, – он лишил меня самого дорогого, и как бы это смешно ни звучало, но у меня теперь нет слабых мест. А моя жизнь теперь для меня лишь пустой звук.
Стефано сделал шаг в направлении Дианы, буквально напирая на нее. Но она не отступила назад и смело встретила его взгляд.
– Твоя мать. Камилла.
– Я не знаю, кого должен убить Гриф, чтобы сломить меня с такой силой, как после смерти Лео.
– А я уже начал переживать, что имя Дерека Гриффина для тебя не пустой звук. Но, с другой стороны, отец мог бы убить сына, чтобы тебе сделать больно. Но раз его сын не входит в список твоих слабых мест, даже не знаю, что я чувствую. – Стефано неожиданно улыбнулся. – Наверное, спокойствие.
– За жизнь Дерека?
– За отсутствие у тебя мест, по которым можно ударить, – произнес он и пошел к двери. Диана провожала его взглядом, видела, как Стефано обернулся, перед тем как закрыть дверь.
Он ушел, и тут же стало так просторно. Диана прошла к окну, точно зная, что сейчас увидит отъезжающую «Альфа-Ромео». Но она ошиблась! От ее дома отъехал серебристый, ничем не примечательный «Ситроен». Вот это да, Стефано приехал на другой машине!
Она опустила штору, пытаясь понять, почему он это сделал, на ум пришли репортеры, желтая пресса, да мало ли кто за ним «ходил хвостом». Он женат! Он почти мэр! Репутацию не стоило портить. Она его понимала. Непонятно лишь одно – ключ на его груди. Стефано все еще носит его. А еще он оставил название клуба, а в нем картину «Замок Сфорца». Господи! Он как будто не хотел прощаться с прошлым. Он чуть не зарыл ее на мусорной свалке, отказался от сына, сжег дом, упек в психушку, женился, потом пытался грубостью отправить ее опять в Аризону, но все, что напоминало о ней, он сберег.
