– А ты меня любишь? – Вопрос Дерека слегка вывел ее из равновесия. Диана задумалась, глядя на волны. Она не могла сказать, что ее нынешние чувства были схожи с теми, что испытывала когда-то юная Диана к главе «Morte Nera». Сейчас чувства были иными, менее яркими, но более взрослыми.
– Наверное, да.
– Меня вполне устраивает «наверное», потому что за ним следует «да».
Потом они лежали на песке в обнимку, слушая шум волн, подставляя лица легкому ветерку, и строили планы на будущее.
– Я не тороплю тебя с датой свадьбы, – прошептал на ухо Дерек, – знаю, что сначала я должен найти отца. А после этого мы будем свободны. Но есть еще один вариант – просто уехать. Навсегда. И начать жизнь с чистого листа.
Диана понимала, что она не может уехать, здесь похоронен ее сын. Но она понимала и то, что надо двигаться дальше. Сейчас сложно было что-то сказать, но одно она знала точно.
– Я выбрала тебя и не жду, что ты подставишь голову своего отца для казни, Дерек, – привстала она, касаясь своими пальцами его рук. – Джон Гриффин не только сделал несчастной меня, но и обрек себя на вечное одиночество. Я думаю, он глубоко несчастен. Тем не менее он должен ответить не только за смерть моего сына, но и за смерть твоей матери. И к тому же, – нахмурилась Диана, – он даже сейчас вмешивается в наше счастье. Давай о нем не думать.
– Давай! – кивнул Дерек и, лежа на песке, поднял ее на руках над собой. Диана засмеялась, старалась держать равновесие, боясь упасть прямо на него. Она чуть не упала, но Дерек ее удержал.
Время шло быстро, Диана была занята работой. Не за горами открытие отделения.
– А название ты так и не придумала, – сказал Найт, глядя на новое здание. Оно не было новым, но выглядело именно так.
– Разве? – удивилась Диана. – Я придумала название еще тогда, когда ты дал мне бумаги Ноэль.
Диана гордо улыбнулась, вывеску она уже заказала. И хоть та была длинной, но оно того стоило.
– Если ты не против, название будет таким: «Отделение сестринской помощи для малообеспеченных семей имени Ноэль Найт».
Ричард явно был потрясен, он что-то прошептал, на глаза навернулись слезы. Он отвернулся, чтобы их смахнуть, а потом подошел к Диане и обнял ее.
Пока рабочие возились с последними приготовлениями, Диана разговаривала с Луизой по поводу фуршета на открытии. Их прервал звонок мобильного телефона Дианы, она ответила, даже не посмотрев, кто звонит:
– Да? – Она столько раз в день отвечала на звонки, что уже запуталась в именах и должностях звонивших.
– Приезжай ко мне в клуб, надо, чтобы ты подписала кое-какие бумаги.
Она давно не слышала этот голос. Сегодня Стефано говорил не привычным приказным тоном, а тихо и даже немного грустно.
– Вышли мне их на почту. – Она была уверена, что дело касается нового отделения. Хелен на стройке ни разу не появилась, а ведь числилась чуть ли не главной. Диана не спрашивала Найта об этом, чтобы не портить себе настроение.
– Надо подписать документы лично. Приезжай срочно.
Он отключился, и теперь Диана узнавала Стефано Висконти: если он и грустит, то недолго, где-то несколько секунд. Выругавшись про себя, она пошла к машине. Не хотелось снова оказаться в том клубе, не хотелось вспоминать тот вечер. Почему он не оставит ее в покое?
Дерек никогда бы не заставил ехать к нему, он примчался бы сам, а не раздавал приказы по телефону.
Диана специально ехала, соблюдая все правила и ограничения скорости. Пусть ждет! Медленно она шла по аллее, не желая заходить в это здание. Когда она здесь оказывалась, то все заканчивалось плохо. Значит, сегодня ее тоже ждет что-то плохое. Что еще можно ожидать от Стефано Висконти? Собрав волю в кулак, Диана пересекла холл, поднялась по лестнице и увидела, что залы пусты, хотя даже днем здесь всегда были люди, а сейчас только охранник у входа и никого больше. Может, Стефано тоже здесь нет? Не дождался и уехал. Как ей этого хотелось, но его машина стояла у входа.
Она перевела дыхание возле его кабинета и открыла дверь. Да, Стефано сидел за столом, а рядом находился Дилан. Юрист был здесь, видимо, из-за бумаг, о которых говорил Стефано.
– Наконец-то! Садись! – Диана только сейчас осознала, что видит Стефано впервые за долгое время. Она села напротив него и внимательно посмотрела: немногословен, но в остальном все тот же. Она взглянула на картину, скрывающую сейф, и у нее промелькнула надежда, что Стефано сейчас отдаст ей снимки Лео. Но он лишь протянул ей бумаги.
– Подпиши здесь и здесь, – ткнул он ручкой в конце страниц.
– Что это? Я должна знать, что подписываю.
– Дарственная, – спокойно ответил он, – акт дарения.
– Кому и что я дарю? – не поняла Диана, уже начав злиться.
– Я дарю! Дарю тебе этот клуб. Подписывай быстрее, у нас мало времени.
Диана недоверчиво глянула на Стефано, не веря в услышанное:
– Зачем?
Хотела ли она быть хозяйкой клуба, в который вложила душу? Она уже не знала! Этот клуб был уже не ее. Все было чужим, даже эта картина «Замок Сфорца», за которую она так дралась, каждый кирпич на стене этого замка прекрасно помнила, но сейчас… Господи! Она уже ничего не понимала.
