Диана схватилась за голову, словно желая стереть из памяти последние пять лет. Но они есть, и воспоминания стереть нельзя. Она была растеряна, сердце не поспевало за дыханием.
– Диана!
Голос Дерека заставил обернуться. Она четко видела Камиллу, которая стояла рядом с ним, Майклом и Луизой. Но никто из них не бросился к ней. Дрожащей рукой Диана провела по платью, как будто оценивая свой внешний вид. Или просто чтобы ощутить, что она не мертва и еще дышит.
– То, что ты мне рассказал, – ее голос дрогнул, она снова посмотрела на Стефано. Вид у него был не такой потерянный, как у Дерека, в его глазах жила надежда на что-то лучшее, – вряд ли что-то изменит.
Почему говорить так сложно? Почему сердце разорвалось на мелкие кусочки, которые развеял ветер по этому обрыву?
Обрыв! Здесь все началось. Здесь многое случилось. Здесь все закончится окончательно!
– Диана! – Стефано снова сделал к ней шаг. Он попытался ее коснуться, но девушка рукой отмахнулась и сделала шаг назад. – Прошу тебя подумать, все взвесить и осознать. Я хочу, чтобы ты знала, что я по-прежнему люблю тебя и готов лишиться всего, что имею. Ради нас!
Девушка отвернулась и шагнула в направлении лимузина. Каждый шаг давался тяжело, ноги немели, она буквально ковыляла. Дерек кинулся к ней, но Камилла жестом остановила его. Все ждали невесту, которая возвращалась на собственную свадьбу.
Диана шла, придерживая многочисленные пышные юбки, понимая, что внутри, кроме боли, ничего нет.
– Диана, – коснулся Дерек ее руки, когда девушка оказалась возле машины, – ты вернулась.
– Да, – кивнула она, не глядя на него. – Поехали в церковь.
Он помог ей забраться в лимузин, сел напротив. Камилла передала ей свадебный букет. Диана на автомате взяла его.
Машина тронулась, унося ее от Стефано и памятного для нее места. Дерек что-то говорил, но она не слушала. Она смотрела в окно, а перед ее мысленным взором стояла картина: одинокий Стефано… Господи! Он всегда был один! С ней же рядом были Камилла и Фрэнк, они помогали и утешали ее, они заботились о ней. Были мама и Алекс, и был Дерек. А Стефано Висконти переживал ад и ни с кем не мог разделить страдания. Он даже не мог заплакать, потому что это не подобает мужчине. Всю боль, которую копил годами, он сейчас открыл ей. А она едет в лимузине в церковь, смотрит в окно и ничего не видит. Все размыто…
Диана перевела взгляд на Дерека, ощущая, как по ее щекам текут слезы. Она хорошо видела испуганное лицо своего жениха, но это было совершенно неважно. Картинки в ее мыслях были гораздо ярче: она на свалке смотрит в холодные синие глаза, но не видит в них огня; она прижимает к себе Лео и ощущает запах его отца; ее губы касаются ключа на груди Стефано; он целует ее в театре, а потом прикрывается маской грубости…
– Остановите машину, – прошептала она, ощущая новый поток слез, но спазм в груди душил и не давал говорить громче. Хотелось рыдать с такой силой, чтобы боль уходила. – Остановите машину!
Водитель услышал, автомобиль остановился. Несколько пар глаз уставились на Диану. Сквозь слезы она обратилась к Дереку, передавая ему кустовые розы, которые сама выбирала:
– Прости меня! – Не было сил говорить, Диана открыла дверь и вышла на улицу. Ветер стер слезы с лица. Она кинулась обратно к обрыву, не желая думать, что опоздала. Он не мог улететь без нее!
Белые пушистые юбки развевались от быстрого бега, Диана придерживала их, чтобы не споткнуться. Она бежала, теряя шпильки из прически, потом откинула туфли прочь и побежала босиком. Она улыбалась и плакала, бежала к тому, который даст глоток воздуха. Она бежала в надежде успеть, и она успела! Стефано стоял около машины, поникший, казалось, жизнь по капле вытекает из него. Но что-то заставило его оглянуться. Диана! Она вернулась! Он кинулся ей навстречу, но девушка не дала сказать ни слова – она оказалась в его объятиях, она целовала его. Он ощутил привкус соли от ее слез. Она вернулась к нему! И эта соль была такой сладкой.
– Я люблю тебя, – прошептала она, – больше жизни.
– Диана… – Он пальцами стирал ее слезы, улыбаясь и видя ее ответную улыбку. – Я люблю тебя, ты воздух…
– …которым я дышу, – прошептала она, закончив фразу.
– Да, – Стефано потянул ее к машине, – нам надо улететь.
– Я не могу. – Диана коснулась его щеки, заглядывая в глаза. Господи, как она скучала по нему. – Здесь Лео.
Стефано накрыл ее руку своей рукой:
– Нет, Лео здесь нет.
Диана замерла после этих слов. Может, она ослышалась? Она непонимающе смотрела на Стефано. Ей хотелось услышать объяснение.
– Диана, – он целовал ее пальцы, – Лео похоронен на семейном кладбище в Милане.
– Как? – Она вспомнила день похорон. Она видела Лео в гробу? После того как его убили, она вообще не видела сына. – Как?! Я приходила на кладбище и…
– …даже не плакала, – тут же вставил Стефано. – А сейчас мы полетим домой к нашему сыну, и ты сможешь выплакать все свои слезы. – Он обнял ее. – Неважно, где ты вспоминаешь близких, главное, что ты думаешь о них постоянно.
