Хрупкое равновесие полностью

— Это очень хорошо, — сказал Нусван. — Действительно хорошо. — Звук собственного голоса вызвал в нем желание витийствовать дальше. — Нам нужны такие трудолюбивые, образованные люди, как Манек, а не миллионы невежественных лентяев. И еще нам нужно строгое планирование рождаемости. Однако слухи о насильственной стерилизации мешают. Наверное, вы тоже слышали этот бред.

Дина и Манек покачали головами.

— Возможно, ЦРУ положило начало слухам, что в отдаленных деревнях жителей насильственно стерилизуют. Все это ложь. Хотя я считаю, это пошло бы даже на пользу, учитывая нашу проблему с перенаселением.

— А не будет ли антидемократичным калечить людей против их воли? — спросил Манек, но в его тоне сквозило, скорее, согласие с позицией Нусвана, чем ее неприятие.

— Калечить? Ха-ха-ха! — добродушно рассмеялся Нусван, словно услышал удачную остроту. — Все относительно. В лучшие времена демократия — что-то вроде качелей между полным хаосом и умеренным беспорядком. Видите ли, чтобы приготовить демократический омлет, приходится разбить несколько демократических яиц. Нет ничего плохого в строгих мерах, если надо сокрушить фашизм и прочее зло в нашей стране. Особенно когда иностранные агенты только спят и видят, как бы дестабилизировать обстановку. Вы слышали, что ЦРУ пытается помешать осуществлению программы по планированию рождаемости?

Манек и Дина снова покачали головами с серьезными лицами. В сцене ощущался легкий налет абсурда.

Нусван подозрительно глянул на них, но потом продолжил:

— Агенты ЦРУ препятствуют доставке приборов, необходимых для выполнения программы, и сеют смуту в религиозных общинах. Думаю, вы согласитесь, что меры, принимаемые в рамках чрезвычайного положения, против такого вмешательства просто необходимы.

— Может быть, — сказала Дина. — Но полагаю, правительству следовало бы разрешить бездомным спать на улице. Тогда не сгинули бы мои портные, и мне не пришлось бы беспокоить тебя.

Нусван поднял указательный палец и покачал им, как дворником на ветровом стекле.

— Спящие на улице люди создают плохую репутацию бизнесу. На прошлой неделе мой друг говорил — он директор международной компании, заметьте, а не какого-нибудь мелкого предприятия — так вот, он говорил, что по меньшей мере двести миллионов человек — балласт для страны, их нужно устранить.

— Устранить?

— Вот именно. Освободиться от них. Год за годом они фигурируют в статистике как безработные. И что нам это дает? Плохой имидж. А что у них за жизнь? Валяются в канаве, выглядят — краше в гроб кладут. Смерть для них — избавление.

— И как их будут устранять? — поинтересовался Манек как можно учтивее.

— Это просто. Можно бесплатно кормить их едой с мышьяком или цианистым калием, это эффективно и недорого. Грузовики с такой едой можно направлять к храмам и в другие места, где они обычно попрошайничают.

— И многие бизнесмены так думают? — с любопытством спросила Дина.

— Многие из нас с этим согласны, правда, до сих пор мы не решались высказывать свое мнение. Но с введением чрезвычайного положения люди осмелели. И это еще один плюс.

— Однако печать проходит цензуру, — возразил Манек.

— Это так, — согласился Нусван с некоторым раздражением. — И что в этом плохого? Конечно, правительство не хочет, чтобы печатались статьи, которые взбудоражат читателей. Это временная мера — надо покончить с ложью врагов и вселить в людей уверенность. Такие шаги необходимы для сохранения демократического порядка. Нельзя хорошо подмести, не испачкав новую метлу.

— Ясно, — сказал Манек. Странные афоризмы начинали действовать ему на нервы, но у него не было нужного опыта, чтобы им противостоять. Если б только Авинаш был здесь… Он поставил бы на место этого идиота. Жаль, что Манек невнимательно слушал, когда Авинаш говорил о политике.

Силясь противостоять высказанной ранее максиме о том, что нужно разбить демократические яйца, чтобы приготовить демократический омлет, Манек пытался сформулировать свой подход к проблеме, перебирая в уме разные слова: демократия, тирания, сковорода, огонь, курица, крутые яйца, растительное масло. Ему показалось, что у него стало получаться. Нельзя получить демократический омлет из яиц с демократической этикеткой, но снесенных тиранической курицей. Нет, это слишком вычурно. К тому же, момент был упущен.

— Важно учитывать конкретные достижения, которые принесло чрезвычайное положение, — сказал Нусван. — Восстановлен график железнодорожного сообщения. И, как говорит мой друг-директор, достигнут прогресс в трудовых отношениях. Теперь он может вызвать полицию, и та за считаные минуты заберет в участок бунтарей из профсоюзов. Там их как следует пропесочат, и они станут мягкими, как воск. По словам моего друга, повысилась производительность труда. А кто от этого выигрывает? Рабочие. Простые люди. Даже Всемирный банк и Международный валютный фонд одобрили эти перемены. Теперь они предоставляют больше кредитов.

Пытаясь сохранять серьезность, Дина сказала:

— Нусван, можно тебя попросить об одной вещи?