– Откуда ты знаешь? – От волнения Катя раскраснелась и стала походить на фрукт нектарин. – Ты представления не имеешь, что есть в этом доме. Мы нигде не были. Ни в гараже. Ни на чердаке. Ни в кладовые не заглядывали… – Катя руками обвела пространство вокруг себя. – Дом огромный. Тут масса помещений, в которых когда-то обитала куча народа: горничные, повара, садовники. После них могло что-то остаться, в том числе лыжи…
– Предлагаешь обыскать дом? – заинтересованно спросила Тома.
– Почему нет?
– Хорошая мысль.
– Хорошая, – поддакнула Дуда. – Но есть ли среди нас люди, способные сносно передвигаться на лыжах?
– Я могу, – тут же откликнулась Ладочка. – Не очень, конечно, хорошо, но кое-какой навык имею… Если до Зеленого не очень далеко, то я готова.
– И я, – выдвинулась вперед Тома. – Хотя на горных лыжах я ни разу не стояла, но в школе и институте хорошо каталась на обычных. К тому же у меня очень сильные ноги, так что…
– Видите, двое уже есть! – обрадовалась Катя. – Но лучше бы еще одного…
Все молчали, и только Дуда собралась предложить свою, пусть и плохонькую, кандидатуру, как нежданно-негаданно Ларифан выдвинула свою:
– Третьей могла бы стать я…
– Ты умеешь кататься на лыжах? – за всех удивилась Дуда. Ей Ларифан представлялась совсем не спортивным человеком.
– Умею.
– И на горных?
– На них и умею. Я по два раза в год езжу на Красную Поляну кататься. Да и в Москве по выходным выбираюсь… Сюда хотела взять, да, зная, какой Ганди эксплуататор, решила оставить их дома.
– Вот бы они сейчас пригодились…
– Да ни черта! – отмахнулась Ларифан. – Все равно мы дальше завала не продвинемся, тогда зачем такие усилия?
– Почему не продвинетесь? – воскликнула Катерина. – Завал, как я поняла, – это груда камней и снега. А коль так, через него можно перелезть.
– Я не самоубийца…
– Вас трое. Вы будете друг друга страховать. Возьмете с собой веревки, крепежи какие-нибудь… – Она умоляюще посмотрела на Тому, ища у нее поддержки. – Если хотя бы один переберется через завал, уже здорово!
Как ни странно, первой поддержала Катю не ее любовница, а Ладочка:
– Надо так и сделать. По крайней мере мы попытаемся. Не получится – вернемся…
– Возвращаться придется пешком, – сумрачно заявила Ларифан. – В гору! С тяжелой ношей – лыжами. Или ты предлагаешь их бросить?
– Разберемся на месте, – ответила Ладочка рассудительно. – Еще не мешало бы захватить с собой какие-нибудь сигнальные ракеты. Для хоть какой-то, пусть односторонней, связи. При помощи их мы сможем сообщить вам о результатах похода. Например, если мы переберемся через завал – пустим две, если нет – одну…
– Вы так говорите, – саркастично хмыкнула Натуся, – будто уже нашли третьи лыжи… а также веревки, крепления и ракеты! Вернитесь на землю, девочки! Пока мы не располагаем ничем…
– Ценное наблюдение, Туся. Мы зря теряем время на болтовню. Предлагаю начать поиски полезных вещей (лыж, веревок, фонарей, воздушек) сейчас же. А детали обговорим позже…
Все с ней согласились и, распределив, кто в каких помещениях будет вести поиск, разошлись. Дуда, в нешуточной словесной борьбе отстоявшая право работать не в одиночку, а в паре с Эвой, направилась к двери в подвал – им достался именно этот участок. Как только Эва взялась за дверную ручку, Эдуарда остановила ее.
– Подожди, – почему-то шепотом сказала она, а потом еще палец к губам прижала, чтобы Эва не издавала ни звука. Но та не вняла просьбе и удивленно спросила:
– Ты чего?
– У меня план, – едва слышно ответила Дуда.
– Какой еще план?
– Ща! – Дуда выскочила из-под лестницы, окинула взглядом пространство и, не увидев поблизости ни одной живой души, вполне разборчиво и громко сказала: – Я попробую добраться до аэровокзала…
– Когда?
– Сейчас.
– На чем?
– На своих двоих… ягодицах.
– Чего-чего?
– Смотри! – Она подняла с пола валяющийся обломок сноуборда Аполлона – Антон бросил его под лестницу, решив сохранить до приезда милиции. – Это ж как ледянка! Ее под зад и под гору… Домчит быстрее всяких лыж!
– Но дорога делает изгибы! Это ж горный серпантин…
– Ну и что? На поворотах буду тормозить и выруливать. А если попадутся совсем крутые участки, просто миную их пешком…
Гениальный Дудин план показался Эве идиотским. Хотя бы потому, что она не видела смысла в этом рискованном предприятии. Ну доберется она (в чем, собственно, есть большие сомнения!) до аэровокзала, и что?
– Доберусь, – тут же ответила на ее немой вопрос Дуда, – посмотрю, что можно сделать…
– С чем?
– С аппаратурой.
– Так она же разбита…
– Только рация.
– Но там, кроме рации, больше ничего не было! Иначе Антон…
– Что – Антон? Правильно Катька сказала – он всего лишь ребенок.
– Да какое это имеет отношение к делу? – вспылила Эва. – Что вы заладили: «ребенок, ребенок»! Да, он юн, но он не идиот. И если парень говорит, что нет возможности связаться с внешним миром, то так оно и есть…
Дуда остановила ее, махнув перед лицом пятерней. Когда Эва обиженно замолчала, спросила:
– Ты слышала когда-нибудь об азбуке Морзе?
– Естественно.
– Я ее отлично знаю. В армии научили…
– И что?
