- А дальше? - тихо спросил Борис. Он не сводил глаз с женщины. Та снова усмехнулась - недобро:
- А дальше они обороняли посёлок. Витька... это был Борькин друг... он потом всё рассказал. Они из посёлка спаслись, а потом напали втроём на врага - Борька, Витька и Олег, дворянин один наш... У них даже получилось. Только когда они уходили, на них напали с воздуха. И схватили всех троих. Витька сумел убежать, когда наши бомбили корабли Чужих. А Борьку и Олега - их увезли. Мы потом искали. И просто искали, и среди пленных, тогда ещё пленных разменивали. Ни-ко-го... В те времена женщин ещё не очень охотно брали служить, но я дождалась, когда исполнится четырнадцать, и пробилась на курсы. Я даже сама не понимала, веришь ли, как я, оказывается, Борьку любила... дурака такого... братца...
- Ладка, - странным голосом сказал Борис. - А ты... ты меня СОВСЕМ не помнишь?
Женщина села. Вгляделась в лицо мужчины. И поднесла руки к щекам. Молча и медленно, как будто руки стали очень тяжёлыми.
- То-то и оно-то, - спокойно продолжал Борис. - Природу - её... не обманешь.
И вдруг тяжело задохнулся и спрятал лицо в сгиб руки.
- Мама, - тяжело выговорил он, кривя губы. - Мама жива?
- Никого нет, кроме меня... и тебя, - ответила Лада. И порывисто обняла брата...
... - Ты вернёшься на Китеж? - Лада Рокотова, закутавшись в армейское одеяло, смотрела, как брат наливает в кружки чай. Не было больше майора медслужбы, офицера - была младшая сестра, чудом встретившая последнее на этом свете близкое существо - брата... - Я когда выйду в оставку, то полечу туда. Детей в охапку - и туда. Сразу - туда. Пусть там хоть пепелище на месте нашего посёлка. Пусть хоть сперва в шалаше жить... Борь, ты вернёшься?
Генерал-майор протянул ей кружку. Взял свою в руки, покатал в ладонях. И медленно ответил:
- Я прожил на этой планете почти двадцать лет. Почти две трети своей жизни. Я двадцать лет воевал здесь. Знаешь, как было страшно, как было безнадёжно по ночам в горных джунглях, когда с их вертолётов нам кричали об очередной павшей планете, об очередном поражении Земли? Темнота, огни в небе и голос - как вибрирующий металл: "Земляне!.." - и дальше то, чего не хотелось слышать. Но мы слышали. И на следующий день опять воевали с ними. Мы поклялись, что будем воевать, даже если падёт сама Земля... - он резко поставил кружку на стол и встал, упершись головой в потолок кунга. - Мы не уйдём с этой планеты. Тут могила Лёшки Лазарева - в горах, под обвалом, который он вызвал... А у Юльки Лазаревой, отчаянной нашей ракетчицы, нет могилы - она в океане... Нас двести тридцать восемь бежало из того лагеря почти двадцать лет назад - а сейчас осталось из тех беглецов сорок три. Выросших. А из погибших многие так и не успели вырасти... Тут у Лидки с Олегом родились все пятеро детей, они как раз успели вырасти, а старшие - и повоевать, и они не знают другой родины... И мои дети родились здесь, и моя жена похоронена в здешней земле, Ладик... Прости.
Он сел рядом с сестрой на кровать, и они - мужчина и женщина, взрослые, повидавшие всё и вся - обнялись и затихли - брат и сестра, разлучённые ещё в детстве войной, которую они выиграли наконец... И слышно стало, как неподалёку отчаянный мужской голос поёт - под гитарные рывки:
1.Стихи С.Калугина.
