Они пытались, Игорь отбивался, не чувствуя в последней ярости ничего, кроме наносимых врагу ударов. Наконец, твари отступили - у многих недоставало рук или частей лица, а другие мертвой грудой лежали под лестницей. Игорь внимательно смотрел на них - по его лицу из свежих ссадин текла кровь, но было видно, что тем, кто хоть как-то дорожит своей жизнью, лучше вовсе к нему не подходить. Вот только долго это продолжаться не могло - под ним колыхалось уже сплошное море черных тел.
Ворота зала взорвались. Их разметал свет - синее, беспощадно яркое пламя. И в еще дымящемся проломе появился Яромир.
Игорь ничуть не удивился - все было так, как должно быть. Друг тоже заметил его. Их разделяло море нелюдей, но это уже не имело значения.
С ледяным спокойствием Яромир навел оружие и выстрелил. Едва луч коснулся первой черной твари, она вспыхнула ослепительным пламенем, затем взорвалась. Клочья горящей плоти полетели во все стороны и от твари остался лишь растекшийся по потолку столб пара.
Яромир замер на секунду - он явно не ждал подобного эффекта - потом вновь поднял оружие. По залу разнесся испуганный крик, словно вырвавшийся из одной груди. В следующий миг ослепительный луч впился в толпу.
Твари целыми десятками вспыхивали и взрывались в тучах пара. Они кинулись бежать, но луч находил их и в дыму, нанося неотвратимые, меткие удары. Весь цех затянуло паром, трещало, как на огромной сковородке в аду.
Игорь закричал, когда огненное лезвие рассекло многогранник и белое пламя, пробив крышу, разметало по залу крутящиеся обломки труб. Мальчишка сжался, прикрывая глаза, пытаясь спасти их от ослепительных фонтанов искр. Он не видел, но слышал, как луч расчертил зал от стены до стены, сжигая все, что в нем находилось. Потом стало тихо и он поднял голову.
Воздух стал острым, наполнился жаром и гарью. Невыносимо пахло горелой... но не плотью, а вроде бы землей. Перегноем - мерзкая, богопротивная вонь. Игорь закашлялся, но именно эта сатанинская вонь привела его в себя. Только что страх буквально душил его... а сейчас он уже не мог поверить, что испытывал это наяву.
Через минуту аммиачно-едкий пар рассеялся. Мальчишка увидел пустой чистый пол, усыпанный бурым дымящимся крошевом - все, что осталось от орды тварей. На стенах дымились рубцы, что-то сыпало искрами, что-то тихо потрескивало, разгораясь. Он осторожно спустился вниз. Под ногами хрустели осколки бурой пузырчатой массы, похожей на шлак. Не осталось ничего, даже отдаленно напоминающего плоть. Что ж, тем лучше...
Они сошлись в центре, обойдя мелкую, обожженую впадину. Игорь ничего не мог с собой поделать - он бросился в объятия друга и, прижавшись к нему, зарыдал, как ребенок. Он чувствовал легко объяснимую громадную радость и совершенно необъяснимый стыд.
- Ты в порядке? - спросил Яромир, осторожно отстраняя его. Игорь хотел ответить, но сил хватило только на слабый всхлип.
- Что с тобой? - спросил Яромир, уже резче.
- Мне стыдно. Я... я струсил. Извини.
- За что?
Перехватив его взгляд, Игорь смутился, как маленький мальчик.
- Когда это... сияние напало на меня, я убежал, - наконец сказал он. - Но недалеко: меня поймали эти твари. Я... словно спал вечность. Видел этот город, потом мне показывали разные страшные вещи, - он помедлил, - чтобы я предал себя... потом... я видел звезды, мироздания. И я видел... Я стоял на равнине... под серыми звездами... а потом... - Он встряхнул головой. - Ничего не помню. Там, где было воспоминание - только пустота... и все.
- Странно. Значит, мы видели одно и то же.
Яромир слабо, задумчиво улыбнулся.
- Там был еще кто-то, не ты... Это была она, да?
- Да, - тихо сказал Игорь. - Лина. Мы были там вместе...
Яромир молча кивнул.
- Я видел... Чтобы спасти ее жизнь, ты пожертвовал своей. Это... это страшно?
Игорь тихо, зло засмеялся.
- Это входит в функцию мужчины - умирать. Умирать страшно, да. Но жить, когда умерла та, кого ты мог бы спасти - гораздо страшнее. Как выбирать между страхом и совестью?
- Никак, наверное, - Яромир уже думал о чем-то другом. - У нас есть союзники, о которых мы не знаем, - наконец сказал он. - Не знаю, что это было, но оно вывело нас. Вывело из той темноты, что была внутри нас... Знаешь, когда меня пытали... во сне... хотели, чтобы я предал тебя... я выдержал. И, если ты не найдешь Лину...
- Найду, - спокойно ответил Игорь. - Наши мысли уже дважды были в одном месте и в одном времени... это очень много. И почему-то мне кажется, что однажды мы с тобой расстанемся... навсегда. Там, куда я в конце концов попаду - на ту равнину, - за мной не сможешь последовать даже ты.
Игорь вдруг замер, удивленный тем, что только что сказал. Не только в сказанном им была некая странность - во всем окружающем мире было что-то ужасно неправильное. Это никак не могло быть иллюзией - мальчишка ощущал каждую клеточку своего тела и всё, что к нему прикасалось, но...
