На сцене за Линусом, в шикарных креслах сидели его родители рядом с главой Хёдраген, а рядом был большой прямоугольник под сатиновой простыней. Меня приглашали присоединиться к нему на сцене, и даже был выдан новый хрустящий белый костюм с серебристой отделкой, включая платинового кролика — наша самая высокая военная награда. Я предпочла одеть костюм, но отказалась от сцены.
Одним из первых своих приказов в должности короля, Линус назначил меня своим личным охранником, и я согласилась, подумав, что смогу помочь ему направить королевство в правильном направлении и уберечь короля от коррупции.
Но я больше не жаждала чести, которая шла в придачу к назначению. Мне не нужны были почести. Я просто хотела служить своему королевству.
Он хотел вывести меня сегодня на сцену и возвеличить как героя, но я не могла это принять. Я не была героем, и по многим причинам до сих пор чувствовала, что проиграла.
Словно должна была сделать больше для защиты людей. Никто не должен был погибнуть.
— Спасибо всем вам за то, что пришли сегодня, — сказал король Линус, говоря громко, чтобы его голос разносился над толпой. — Мы все прошли через многое, и я знаю, как тяжело некоторым из вас было прийти. Многие столько потеряли, что у них нет никакого настроения праздновать.
После этих слов Делила начала всхлипывать, и отец обнял ее за плечи, притягивая к себе.
Отовсюду из толпы я слышала слабые всхлипы.
— Именно поэтому сегодня не чествуем меня, как вашего короля, — Линус шагнул в сторону к накрытому прямоугольнику. — Сегодня мы чествуем тех, кого потеряли, всех, кто отдал свою жизнь, защищая это королевство, и благодаря кому, все мы, здесь присутствующие, может праздновать победу.
Он откинул простынь и открыл белую мраморную стелу десять футов высотой и пять футов шириной, на которой большими белыми буквами были перечислены имена всех погибших. Самым первым было имя Эверта, как самой первой жертвы Мины, а под ним множество других имен.
Каспер Эббот, Эмбер Холмс, Саймон Болин и имена многих других, которых я почти каждый день встречала в этом городе. Так много жизней, которые никогда не будут заменены, пустот, которые никогда не будут заполнены.
Внизу такими же большими и черными буквами, как и все остальные, было написано имя Константина Блэка.
В горле образовался болезненный комок. Я так переживала, что никто никогда не узнает, что Константин погиб, защищая королевство, или о том, сколько он сделал, чтобы помочь в этой войне. Я боялась, что единственная, кто будет оплакивать его, буду я.
Но теперь все узнают. Поколения людей будут смотреть на его имя и знать, что он умер настоящим героем Канин.
Линус продолжил свою речь, говоря Дольдастаму, как планировал почтить память погибших, давших королевству новую жизнь, но я уже услышала все, что мне было нужно. Я встала и тихо выбралась из толпы, покинув городскую площадь.
Я ушла не очень далеко, когда услышала за спиной шаги Ридли. Улицы, выложенные булыжником были пусты, так как все были на праздновании, и я повернулась к нему лицом.
Его каштановые волосы были слегка растрепаны, и он убрал их со лба. Верхние пуговицы его рубашки были расстегнуты, что мне всегда нравилось, но амулета кролика на нем до сих пор не было. Как только война закончилась, он ушел с должности Оверсте и ректора.
— Что происходит? — его темные глаза были полны беспокойства, когда он смотрел на меня.
— Я последнее время очень много думала о мертвых, — честно ответила я. — Мне нужно отдохнуть от этого. Я думаю, мне просто нужно время, чтобы подумать о будущем и вновь обрести оптимизм.
— Я понимаю, — согласился Ридли. — Последние несколько недель были настолько темными, что тебе нужно начать искать что-нибудь светлое.
Я кивнула:
— Точно.
— Куда ты направляешься сейчас в поисках своего чего-то светлого?
Я пожала плечами:
— Просто возвращаюсь на свой чердак.
— Позволь мне проводить тебя домой.
— Ты знаешь, что всегда можешь проводить меня домой, — я улыбнулась ему.
— Я знаю. Но мне все равно нравится, когда ты говоришь мне, что я могу, — он обнял меня, пока мы шли по городу.
— Ты уже решил, чем собираешься заниматься? — спросила я, поднимая на него взгляд. — Сейчас, когда ты не отвечаешь за следопытов?
— Еще нет, — признался он. — Но у меня еще есть время, чтобы выяснить это.
— Это верно, — согласилась я. — У нас вся жизнь, чтобы выяснить это.
Он поцеловал меня в висок.
— И я думаю, мы доказали, что вместе, сможем справиться с чем угодно.
