Разноцветные свечи, салфетки и блюда с едой выглядели очень нарядно. В дольки апельсина были воткнуты шпажки с наколотыми на них кубиками сыра и ломтиками ананаса. Фаршированные желтками с майонезом яйца, бутылки темного пива и бокалы с белым и красным вином дополняли цветовое разнообразие.
— Черт бы побрал этого Кевина О’Коннора… — проворчала в ответ Кит.
— Он не так уж и плох, — заметила Фрэнки. — Ты совсем запугала его, а тебе все мало.
— Но он вел себя отвратительно, а такие вещи не забываются.
— Придется забыть. — Фрэнки пожала плечами, чего делать не следовало: ее платье из тафты, не имевшее бретелек, чуть не свалилось.
— А ты? — спросила Кит.
— Что «ты»?
— Ты бы забыла?
— О боже, Кит, нельзя помнить обиды вечно. Иначе войны длились бы без конца, а все девушки заканчивали бы жизнь самоубийством из-за парней, которых любили.
— Но тогда какой смысл в происходящем, если его можно забыть, стереть и все начать сначала? — спросила Кит.
— Послушай, у нас вечеринка, а не диспут, — отмахнулась Фрэнки. — Кого ты сегодня будешь кадрить?
— Не знаю. Может быть, парня из нашего городка. Этот Стиви очень симпатичный.
Кит говорила так не столько для Фрэнки, сколько для того, чтобы убедить саму себя. В глубине души она считала, что ничего особенного в Стиви нет.
Раздался звонок.
— Я открою!
Фрэнки бросилась к двери и тут же вернулась, закатив глаза. За ней шел самый красивый мужчина, которого им доводилось видеть.
Вечерний костюм, волосы длинноватые, но чистые и блестящие, загар от пребывания на свежем воздухе в любую погоду, которому позавидовал бы любой студент-спортсмен, улыбка, способная заставить оцепенеть сотню женщин… Стиви Салливан словно сошел с афиши кинотеатра.
— Ты потрясающе выглядишь! — невольно ахнула Кит.
— Но ты меня перещеголяла, — сказал он, с восхищением глядя на ее обнаженные плечи и шелковое платье цвета персика.
Кит тревожило, что под него нельзя надеть лифчик, но продавщица заверила ее, что лиф платья очень хорошо подогнан, а потому никакого нижнего белья не требуется. Стиви Салливан внимательно изучил лиф с таким видом, словно подозревал нечто подобное, но Кит решила, что это ей только показалось.
В этот момент снова прозвучал звонок, и вошло еще несколько гостей. Одним из них был Кевин О’Коннор, с порога устремившийся к Кит.
— Я хочу предупредить, что Мэтью тоже здесь. Но мы с него глаз не спустим. Если что, он тут же отправится домой. Так что можешь не волноваться.
— Мэтью? — спросила сбитая с толку Кит.
— Да, тот самый, который допустил глупую выходку по отношению к тебе в баре. Он стоит за дверью. Я сказал ему, что войду первым и обсужу этот вопрос с тобой. Понимаешь, он заменяет Гарри.
— Все в порядке. Пусть остается, — снисходительно сказала Кит. — Конечно, если будет вести себя прилично.
— Даю слово, — заверил ее Кевин.
— О боже, Кит Макмагон, ты уже заставила весь Дублин плясать под твою дудку! — изумился Салливан.
— Стиви, ты не знаешь и половины.
Она дружески взяла его под руку и повела знакомить с гостями. Судя по взглядам девушек, Стиви произвел впечатление не только на нее. Конечно, он слишком хорош для младшей сестры Клио. Кит помнила, ради чего она затеяла эту вечеринку. Нужно отбить Стиви у Анны, чтобы та покорно вернулась к Эммету. Во время танцев следует вскружить ему голову. Конечно, из этого может ничего не выйти, но она постарается. Изо всех сил.
Стоял обычный субботний вечер. Келли и Макмагоны обедали в гольф-клубе, как делали почти каждый уик-энд. Никто уже не поверил бы, что так было не всегда.
Они говорили о детях. Видимо, Клио много занималась. Когда она приезжала домой, то почти все время спала.
— По-моему, в Дублине она не спит вообще.
Лилиан волновалась за старшую дочь. Мору Макмагон больше волновало, где именно спит Клио, но затрагивать эту тему было не время и не место.
— Кажется, сегодня Кит идет на танцы, — сказал Питер Келли. — Клио сказала об этом по телефону. Завидует, потому что ее не пригласили.
— Все верно. Перед этим они устраивают вечеринку на квартире у одной девушки. Кажется, там собираются только студенты колледжа. — Как всегда, Мартин выступал в роли миротворца.
— Да, конечно. Клио сказала, что если ее кто-нибудь подвезет, то сегодня вечером она приедет домой.
— Это было бы неплохо, — не слишком искренне сказала Мора. Ее племянница была чересчур беспокойной; присутствие Клио создавало скрытое напряжение.
— Я оставила ей тарелку с сандвичами, — неловко сказала Лилиан. — Анна сказала, что больше не съест ни куска: она считает себя толстой как свинья. О боже, как с ними тяжело!
— Филип тоже приехал домой, — сказал Мартин. — Они могут составить друг другу компанию.
— О, Клио без ума от какого-то молодого человека с шикарной машиной. Возможно, он ее и привезет, — беспокойно сказала Лилиан.
— А на уик-энд он не останется? — спросил Питер.
— Об этом разговора не было. Ты же знаешь Клио. Если ее о чем-то спросить, она может откусить человеку голову. Поживем — увидим. На всякий случай я приготовила чистые простыни и наволочки.
