Елизаров хотел было огрызнуться, но как представил, что ему тут же начнут выносить мозг, передумал. Вместо этого заткнул рот девушке поцелуем. Пусть лучше делом занимается. В конце концов, что еще может поднять настроение мужчине в самом расцвете сил?
Ну, не считая костра инквизиции для одной конкретной ведьмы?
Глава 7
Ярослава Градова
- Итак, - на стул рядом со мной приземлилась сумка, а ее владелец встал напротив облюбованного столика в кафетерии. И недовольно поинтересовался. - И что это было?
- Не понимаю, о чем ты, - я невозмутимо пожала плечами, уткнувшись носом в тетрадь с конспектом. Лишь иногда отвлекаясь на новую порцию чудесного кофе.
Единственная радость в моей жизни, ей-богу.
- Да ла-а-адно?
Хорошо, единственная радость, которая хранит молчание и не задает лишних вопросов. Особенно тех, на которые у меня нет ответа.
- Значит так, - наконец, не выдержав пристального внимания старосты, я вздохнула и подперла щеку кулаком. - Это была не я. А если я - то не помню. А если не помню - значит не было. Понял?
- Слушай, как у тебя удобно, - приземлился на стул Илья и как-то даже умиленно на меня посмотрел. - Прямо как я с надоедливыми барышнями. Я тебя не помню, значит у нас ничего не было.
- И ты все еще жив? - почти натурально удивилась, покосившись на парня.
- Я не наш Царь, я с женщинами расстаюсь по обоюдному согласию и в хороших отношениях, - самодовольно заметил Хованский. Но вспомнив что-то, вздохнул и уже куда тише добавил. - Ну или не попадаюсь дважды в одни руки. Тем более в те, которые зачем-то держат монтировку.
- Хммм… - неопределенно протянула я, искренне заинтригованная. - Слушай, я смотрю, ты весело живешь. Познакомишь? Я бы пару уроков у нее взяла…
- Ни за что, - категорически открестился Илья. - А то ты их потом против меня же будешь использовать. Я так пытался в детстве одну научить драться… Две недели синяк под глазом сходил.
- И все? Всего каких-то две недели и один синяк? - не выдержав, я засмеялась, стащив у приятеля кусок булочки с повидлом. - У меня три варианта. Либо ты ей нравился, либо у тебя хорошая реакция, либо ты плохой учитель.
- Почему мне кажется, что независимо от выбранного варианта, я все равно проиграю?
- Может, потому что так и есть?
Хованский на это только фыркнул, незаметно подталкивая мне оставшуюся выпечку. И принялся делиться планами на оставшуюся часть дня, включающую в себя учебу, еще раз учебу и… Ничего кроме учебы.
Впрочем, кто сказал, что я была против?
Втягиваться в учебу было нелегко. Хотя бы потому, что большая часть предметов вызывала у меня здоровое недоумение. Не то чтобы я не понимала, о чем рассказывает преподаватель, но к концу третьей пары я была готова сдаться. Сдаться, побиться лбом о стол и признаться во всеуслышание, что я - слабак.
И что мне требуется доза допинга, чтобы хоть как-то разобраться со всеми терминами-понятиями-объяснениями, обрушившимися сегодня на мою бедную голову.
- Хочу печеньки, на ручки и власть над миром, - страдальчески вздохнула я, следуя за широкой спиной Хованского, ловко лавировавшего среди толпы студиозов. - А вот это вот все - не хочу.
- Ну на ручки я тебя, положим, взять могу, - хмыкнул Илья, обернувшись через плечо. - Вот только ты сама же после этого мне синяк под глазом поставишь.
- И когда ты только успел меня так быстро изучить? - недовольно буркнув, я поморщилась от боли в ноге. Связки ныли, как это чаще всего происходило в пасмурную погоду. Хотя сегодня вроде было солнечно…
Глянув мельком в окно, я вздохнула и покачала головой. Ну да, было. Минут пять назад, а сейчас хмурые, свинцовые тучи прямым текстом намекали на то, что будет дождь. Длинный, затяжной, холодный. И я, как назло, даже не подумала о том, чтобы взять с собой зонт...
- Я знаю натуру таких, как ты, - туманно протянул Илья, сделав неопределенный жест рукой. И тихо ругнулся, остановившись прямо посреди рекреации. - Здрасьте… Только этого мне и не хватало!
И столько в его голосе было неподдельного негодования, что я невольно заинтересовалась тем, кто бы мог вызвать у моего любимого старосты такие эмоции. Выглянув из-за его плеча, я скептически уставилась на группу девчонок, пытавшихся что-то изобразить под лившуюся из портативной колонки музыку.
Понять бы еще, что?
Правда, озвучить свой вопрос я не успела. Одна из красоток, заметив невольных зрителей в нашем лице, хлопнула в ладоши, привлекая внимание подруг. И насмешливо так, с издевкой протянула:
- Вы только посмотрите, кто тут у нас… Что, снова помогаешь сирым и убогим, Илюшенька?
Видимо, под “сирыми и убогими” она подразумевала именно мою скромную персону. Уж больно взгляд был подходящий - снисходительный, презрительный и самую малость любопытствующий. А уж поза этой миниатюрной брюнетки с явными азиатскими корнями так и вовсе не оставляла никаких сомнений.
