- Соседи Сен-Пьера. Гоните от себя страх и тревогу. Все уже случилось, и никакая опасность не угрожает городу. Рекомендовано уехать с полей и поселков, расположенных на склонах Мон Пеле, только они могут пострадать, и сделать это побыстрее. В настоящее время, согласно нашим подсчетам, в город прибыло более тысячи человек из окрестностей и продолжают прибывать. Только люди ближайшего поселка Рыбаков остались отрезанными, но им оказали своевременную помощь. Спите спокойно, соседи Сен-Пьера, и начинайте утро со своих обычных дел. Если лава снова выйдет, идите, к морю, как и раньше. Нет опасности для города. Подписано, Фуше, мэр города Сен-Пьер острова Мартиника, от шестого мая, тысяча девятьсот второго года.
Экипаж Д'Отремон возобновил ход, а вскоре, с огромным удивлением София воскликнула, указывая на проходящее кафе:
- Сирило! Разве это не Сирило?
- О, да! – радостно подтвердила Янина. – Остановись, Эстебан, стой!
Не дожидаясь остановки экипажа, Янина спрыгнула и подбежала к уличному кафе, кишащему людьми средь бела дня, взяла за руку мужчину цвета эбонита, одетого в непогрешимую ливрею из белого льна, типичную для слуг феодалов Д'Отремон.
- Сирило, где хозяин? Где ты оставил его? Мы уже несколько часов с сеньорой отчаянно его ищем! Понимаешь, часов? Где хозяин?
- Его нет со мной. Он продолжил поездку.
София Д'Отремон не могла больше ждать. Она вышла, оставив экипаж посреди узкой улицы, перегородив дорогу, и подошла к смущенному слуге:
- Поехал дальше куда? Что случилось с моим сыном?
- С сеньором Ренато, насколько мне известно, ничего не случилось.
- Но где же он? – настаивала Янина.
- Уже должен добраться. Он разве не сказал, куда едет?
- В Фор-де-Франс? – спросила София.
- Да, сеньора, – подтвердил Сирило. – Я ехал с ним, но он забрал поводья, потому что я не хотел гнать коней над горящей свечой. Он спихнул меня, и во весь дух помчался по старой дороге, которая поворачивает за Карбе.
- Но с ним ничего не случилось? – пытливо допрашивала Янина. – Не пострадал?
- Отвечай же, идиот! – крикнула София, не в силах сдерживать возмущение.
- Как это ничего не случилось, хозяйка. Я видел, как он проезжал через горящие тростники и появился на дороге. И мне ничего не оставалось, как пойти пешком.
- А почему ты не вернулся в дом? Почему не рассказал мне? – упрекала гневная София. – Ты развлекался, гулял по улицам?
- Нет, хозяйка. Просто я испугался. Нужно было видеть, как ехал хозяин, но ничего не произошло. Он ехал в Фор-де-Франс, к губернатору, который уже возвращается. Говорят, он приказал позвать мэра и тот сказал, что губернатор уже едет сюда со своей сеньорой и со всеми докторами, что они все знают и заверяют всех, что ничего не случится. Люди словно помешались. Скупают билеты, чтобы завтра уехать на судах, но говорят, что губернатор никому не позволит уехать и прикажет всем солдатам не позволять пассажирам садиться на корабль. Там в другом квартале, в офисе Судоходной Компании Квебека, люди сломали все двери и стекла. Даже скупили билеты на палубу корабля, называемый «Рораима».
- Кто рассказал тебе все это? – спросила заинтересованная София.
- Я видел своими глазами, хозяйка. И к тому же, сеньор Ноэль, нотариус…
- Где этот человек?
- Стоял вон там, но вышел. Он сказал, что будет ждать губернатора в его доме, потому что в первую очередь, должен поговорить с ним.
- В первую очередь? – удивилась София, не понимая серьезности слов.
- Он пошел с бумагами, подписанными большим количеством людей, и всем говорит их подписать, потому что хочет, чтобы сеньор губернатор увидел, как много желающих простить Хуана Дьявола и рыбаков, оставшихся на той стороне, и чтобы кинули мост, чтобы те выбрались оттуда, где опаснее всего.
- О чем ты говоришь, Сирило? Ты хорошо понял?
- Конечно, хозяйка. Это большая стопка подписанных бумаг. По-моему, губернатор должен их принять.
- Замолчи и поднимайся! – приказала властно София. – Устраивайся с Эстебаном. Немедленно едем во дворец. Посмотрим, кто первым поговорит с губернатором!
- Зажегся красный свет, Колибри.
- Красный свет, капитан? Почему они остановились? Мы остановимся?
- Они остановятся, чтобы дождаться меня. Торопись, Колибри! – Хуан погрузил весло в воду и поднял другое, чтобы повернуть лодку, послушную рукам, направляя курс на ближайший берег. Они были у пригорода Сен-Пьера, у подножья горы Парнас, возвышавшейся на юге города. У подножья простирался маленький пляж среди камней. Веселые дома отдыха окружали гору, а в самой высокой части, наподобие смотровой площадки над городом и морем, возвышался старый монастырь, построенный много веков назад благочестивым богатым колонистом.
- Почему мы изменили направление? Куда едем? – спросила удивленная Моника.
Хуан не ответил. Он греб изо всех сил, сжав губы, пока лодка не дрогнула, занося киль в песок, и приказал:
- Крепко держи весла, Колибри. Держи курс и следи за морем.
- Что происходит? – снова спросила обеспокоенная Моника.
- Идем со мной.
Хуан взял ее на руки и прыжком погрузился в воду; затем уверенно дошел до берега и опустил ее, не намочив при этом легкий груз.
