Конечно, обезображенные ямами поля не приносили особой радости местным "феллахам" - земледельцам, тем не менее, вокруг этих гигантских кругов и внутри, пахали землю и растили урожай. Военные старались причинять как можно меньше вреда и неудобства трудолюбивым землепашцам.
Ближе к обеду, работа с арабскими офицерами была закончена, и они вместе с усатым полковником Сами уехали. Володя решил не возвращаться назад в бригаду, до Самейна было гораздо ближе к тому же он хотел посмотреть новый тыловой район.
Одна из высот, которыми заканчивалось Голанское плато, идеально подходила для развёртывания тылового пункта управления бригады. Среди переплетения пожелтевших растений, просматривалось какие-то сооружения. То ли амбразуры дотов, то ли смотровые площадки.
Аббас пояснил, что во время войны 1973 года, наверху размещался какой-то крупный сирийский штаб, чуть ли командный пункт президента. В ходе израильского наступления на столицу он был захвачен, а при выводе израильских войск, взорван.
С северной стороны на гору вела едва накатанная грунтовая дорога. Поднявшись выше, среди нагромождения скал, Володя увидел довольно большую площадку для транспорта. Прицеп без колёс, ржавые бочки с остатками солярки, рифлёный сарай, закрытый на сломанный висячий замок, убогая печь, сложенная из плоских камней, говорили о том, что когда-то тут жили люди.
Дальше пришлось подниматься пешком. Выложенная камнями дорожка привела к металлической двери, вмурованной в скалу. Она оказалась незапертой. На удивление бесшумно, ржавая дверь открылась, за ней обозначился тёмный коридор, ведущий куда-то вверх, откуда пробивался неяркий свет.
Симонов, стараясь не шуметь, передёрнул автомат, Рустам тоже вытащил свой пистолет, Аббас и переводчик осторожно шагали сзади. Молча, пошли по коридору, опасливо оглядываясь по сторонам. Кругом было тихо, только сверху по коридору доносились какие-то бухающие звуки. Наконец, стало слышна арабская музыка, и негромкий разговор. Пришлось идти ещё более медленно и осторожно.
На широкой террасе, вырубленной в скале, шипела походная газовая плита, на которой, попыхивая паром, стоял закопчённый чайник. И громко играл маленький обшарпанный магнитофон. На коврике, по-арабски скрестив ноги, спиной к пришедшим, расположился мужчина в серой военной форме, с засунутым за ремень брюк пистолетом. Другой, совсем молодой парень, сидел лицом к своему товарищу, держа в руке маленькую кофейную чашечку.
Внезапное появление гостей, застало их врасплох. На лице молодого отразился испуг, он чуть не выронил свою чашку. Сидевший спиной попытался повернуться, но Абасс прикрикнул на него и он застыл в своей позе. Абасс, нагнувшись, вытащил его пистолет и за шиворот поднял мужчину.
Рустам, обойдя плиту, обыскал молодого, оружия у него не оказалось.
- Кто вы? - спросил Симонов, - ваши документы!
Мужчины молчали.
- Наверное, это дезертиры? - предположил Бассим, обращаясь к Симонову. И то же самое, сказал по-арабски.
Мужчины заговорили, перебивая друг друга.
- Это отец с сыном, говорят, что живут в деревне под горой, - перевёл Бассим, - отец уже старый для службы, а сына ещё не призывали. Они земледельцы и ещё держат овец.
Только тут Симонов заметил подстилку из соломы, навоз, клочки шерсти и устойчивый запах баранов.
- Они, что баранов тут держат? - спросил Симонов. Бассим перевёл.
- Да, стадо небольшое и на ночь они загоняют его сюда. Всё равно помещение никому не нужно.
- Откуда у вас оружие? - спросил Володя, прекрасно понимая, что достать оружие в постоянно воюющей стране, не проблема. Хотя за это, можно было, запросто, угодить в "сиджен - тюрьму".
- Нашли на поле, он ржавый был, - как он и предполагал, ответили крестьяне.
Уловив по произношению, что Симонов не араб, старший спросил переводчика, кивнув в сторону Володи:
- Он еврей? Вы израильтяне?
Симонов понял сам и ответил:
- "Ля - нет!"
- Французы?
Володя промолчал. Покрутив в руках изъятый ПМ, Симонов сказал Рустаму:
- Посмотри, пистолет-то, как новый, не пятнышка ржавчины. В какой же земле, он лежал и с какой войны? На клеймо глянь - явно китайский!
Аббас тщательно обыскал мужчин, больше никакого оружия не обнаружилось. Оставив его охранять задержанных, с Рустамом и переводчиком Володя пошёл осматривать помещение.
Пещера была вырублена в скальном грунте. С одной стороны в стене были сделаны окна, больше похожие на бойницы, выходящие в направление Израиля. По другую сторону довольно широкого коридора, располагались несколько помещений, напоминающих или келья, или камеры, или маленькие сарайчики. На некоторых сохранились ржавые решётчатые и металлические двери.
- Прекрасный командный пункт, - прикинул Симонов, - можно и противотанковые средства разместить. Местность просматривается километров на пять, - "стреляй - не хочу!" Одно плохо, эти фортификационные сооружения, как пить дать, обозначены на всех израильских картах с точной привязкой координат. И по ним будет нанесён один из первых артиллерийских, или авиационных ударов.
Коридор упирался в осыпавшиеся камни.
- Израильтяне, уходя, взорвали! - напомнил Бассим.
