Казалось бы, Валентина Матвиенко ничего такого не делала специально. Однако, став губернатором Питера в 2003-го, она дала послабление в вопросе, который давно отличал Питер от Москвы. Я говорю о Церетели.
Культурная подоплёка церетелиевских подарков, установленных в восемнадцати странах мира, всегда вызывала у меня подозрение. Ежу понятно, что французы сами могут изваять себе Оноре де Бальзака, греки – Колосса Родосского, а американцы – монумент памяти жертв 11 сентября. Они и сами говорили тысячу раз, да все без толку. А сколько отказов ещё не дошло до прессы! Я слышал, Япония отказалась от бетонного ядерного гриба Церетели высотой в полтора километра. А Колумбия вежливо, но настойчиво попросила Зураба не строить посреди Боготы небольшую горную цепь, символизирующую кокаиновую дорожку.
Однако возникновение памятников Церетели неподвластно никаким планам. Они возникают словно бы сами по себе, а потом ещё долго ищут себе место. Год за годом я видел, как они бродят по Европе, скрипя стальными суставами и гулко вскрикивая «Ты ещё крепкий старик, Розенбом!» при встрече с собратьями.
Иногда они возвращаются. Иногда образуют группы. Николай Чудотворец, более всего чтимый русскими, оседает в Италии. Туда же едет Гоголь, почитающий Николая. Но Гоголю не люб маленький городок Бари, и он остаётся в одном из парков Рима – благо там уже есть Пушкин, а ещё обещает подтянуться Брюллов.
Тем временем Де Голль и принцесса Диана ищут друг друга в Москве, где их не узнают даже послы их собственных стран: о такой конспирации могли только мечтать мушкетёры Дюма. А усталый стометровый Колумб, которому не дали причалить в пяти американских городах подряд, наконец пришвартовывается в Пуэрто-Рико, потратив на свой трип 30 миллионов баксов. Но путь в Латинскую Америку уже проложен, и вслед за Колумбом туда гребёт его брат-близнец Магеллан: он вот-вот откроет для себя Уругвай, где без него как без зонтика.
И наконец, эти несчётные отряды Георгиев-Победоносцев, эта армия клонов, захватившая множество ключевых точек нашей планеты, от штаб-квартиры ООН до площади в Тбилиси!
Объяснение тут может быть только одно: Церетели – инопланетянин, застрявший на Земле и пытающийся передать какой-то сигнал своим собратьям, которые наблюдают за нами из космоса.
Но Питер, славный Питер ещё держался под натиском этого инопланетянина-гигантомана. Летом 2001-го космический Зураб пытался всучить городу скульптурную группу из восьми членов, однако мэр Яковлев «мягко уклонился». В результате Питеру досталось лишь одно твёрдое тело графа Шувалова, которое воткнули в каком-то левом дворике, забаррикадированном со всех сторон. С тех пор москвичи особенно полюбили Питер и стали ездить туда на выходные целыми толпами, чтобы отдохнуть от инопланетной тирании.
Но вот на хозяйстве осталась слабая женщина и сдала город. Законодательное собрание одобрило проект тотальной зурабизации Парка 300-летия Петербурга в Приморском районе. Включая «фонтан с аллегорическими фигурами». Одна радость, что хоть фигуры аллегорические. Потому что памятник с явно выраженным вагинальным контуром, который предсказан в «Паутине», – его Церетели тоже сделал. Но отправил в Нью-Джерси. Наш Московский вокзал не пострадал. Пока что. Мы ведь живём в век клонирования…
Следующее чудовище, выскочившее в реальность из моих бредовых прогнозов, атаковало старого знакомого Максима Мошкова.
«
