undefined полностью

Доктор Волошин по мобиле: Лёха, ну че там у вас, рассосалось?

Я: Ладно, записывай. Женщины твоего сервера узнают это первыми в мире! (диктую в красках).

Доктор Волошин по мобиле: А почему Носик-то не вышел?

Я: Он слишком долго жил в Израиле.

19.35.

Женщина в форме, вместе с выходящими кинологами: Всё нормально, но не заходите пока.

Лесной: Собака!!! Леха, собака!!! Наконец-то! Смотри, она нассала на урну! (громко щелкает затвором)

19.42.

Eva.Ru: В офисе Евы.Ру заложена бомба.

«В здании выключен свет. С улицы не видно ни одного светлого окна. Те сотрудники офисов, которые ещё не разошлись по домам, толпятся у входа в здание. Все личные автомобили, стоящие у стен здания были срочно эвакуированы. По слухам на данный момент, кроме сотрудников службы безопасности, в здании находится только Антон Носик – главный редактор Ленты.Ру. Причины его нежелания покинуть опасное помещение пока не установлены. Но доподлинно известно, что последняя запись в его ЖЖ, была сделана в 19:06, когда бо́льшая часть сотрудников офиса была эвакуирована. Эта запись вообще наводит на определённые размышления об анониме, сделавшем роковой звонок…»

Позже, как я и обещал доктору Волошину, это сообщение «Евы.Ру» процитировали все новостные ленты мира, благо «Ева» была первой. В целом же эвакуация «Рамблера» под угрозой взрыва символизировала окончательное превращение старого Рунета в денежный мешок с дохлым котом внутри. Ведь только вокруг таких мешков и бывают такие нездоровые игры.

Зато первое место публикации этой новости подсказывало вход в «другой» Интернет. Дурацкий, но человеческий.

Дальше всё тоже шло по прогнозу Марты. Через две недели, покончив с выборами мэра, я стал работать в «Медновостях» и собирать дурацкие вопросы – те самые «экзотические новости другого Интернета». Многие Не-Совсем-Дураки и вправду решили, что «у Лёхи теперь такой скучный юмор».

И уж совсем не поняли они моего юмора, когда ещё через полгода, вскоре после рождения Кита, я перешёл из «Медновостей» в «Еву.Ру». В проект, основой которого были дурацкие вопросы. И ответы на них.

Существует литературный жанр, который я, при всей нелюбви к книжкам, могу назвать полезным. Хотя это и жанром назвать трудно, потому что изданий в такой форме очень немного. Я говорю о цитатах.

Весь школьный курс русской классики, например, можно упаковать вот так:

«Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины декабристы разбудили Герцена. Он проснулся, перекувырнулся и развернул революционную агитацию: “О великий и могучий, правдивый и свободный, как зеркало русской революции, об одном прошу тебя, друг мой Аркадий, луч света в тёмном царстве: не ходи так часто на дорогу в старомодном ветхом шушуне! Рождённый ползать летать не может! Я волком бы выгрыз бюрократизм, но красота спасёт мир! Мой организм отравлен алкоголем, зато будущее светло и прекрасно! А он, мятежный, просит бури, как будто буря – это движение масс! Какой светильник разума угас! Выпьем с горя – где же кружка?! Сердцу станет мучительно больно за бесцельно прожитые годы… да ведь какой же русский не любит быстрой елды!”»