В руках товарища Шаповалова, находился очередной кейс, с точно таким-же цифровым замочком. Повинуясь команде Яны, Владимир Алексеевич, назвал цифры кода, а я введя их открыл крышку дипломата. На этот раз, он был заполнен рублями, а в кармашке на верхней крышке лежали очередные документы на этот раз, касающиеся Красноярского Судостроительного завода. Я лишь успел прочесть заголовок, как мне в голову пришла замечательная идея, подменить одни документы другими, что я тут же и сделал. С некоторых пор документы оказавшиеся в кейсе с долларами постоянно находились при мне, а я искал удобный случай положить их на видное место. Сегодня это место в «дипломате» оказалось, как нельзя кстати. После чего закрыв крышку дипломата, сбил настройки цифрового замка, и вернул кейс Шаповалову, бросив Яне, чтобы она заканчивала с ним, сам же юркнул обратно в подвал, куда мгновение спустя вошла и моя подруга, сказав, что все в порядке. Больше, нам здесь, делать было нечего. Отправив Яну на съемную квартиру, я быстренько, на удачу, переместился в кабинет Шаповалова. По моим подсчетам, у меня было около пятнадцати-двадцати минут времени, чтобы успеть сделать то, что я задумал.
В кабинете никого не оказалось, а я выдвинув один из ящиков стола сунул прихваченные из кейса бумаги в какую-то лежащую там папку, с надписью «Исходящие», после чего, решил больше здесь не испытывать свою удачу, и перешел в съемную квартиру.
По большому счету, находиться и дальше в Красноярске не стоило. Если и будут какие-то движения в сторону Шаповалова, узнать о них, мы сможем только спустя некоторое время, и то если все задуманное мною сойдется со стопроцентной точностью. Если же нет, то и в этом случае, находиться здесь не стоит по той простой причине, что начнутся поиски того, кто смог подменить документы, и потому лучше находиться в это время где-то подальше от этой суеты. Хотя я и не думаю, что все это может как-то нас зацепить, но все же рисковать не стоит.
Яна тоже была согласна со мной, особенно в свете того, что ей до ужаса надоели сибирские морозы. Хотя до настоящих морозов было еще далеко, но по ее словам ей хватило и этого. Поэтому, рассчитавшись с хозяином квартиры, и пообещав ему, что в следующий раз обратимся именно к нему, мы покинули этот славный город, и отправившись на вокзал, в ближайшем же подъезде, какого-то дома, перешли в Норвегию. Оттуда, уже на следующий день, сделав вид, что отправились в местный аэропорт, перешли в Ташкент, откуда обычным пригородным поездом, доехали до Чирчика. Зачем все это было организованно спросите вы? Все просто. Если вдруг начнется расследование, каким-то образом задевающее нас, множество людей смогут подтвердить, что мы все это время ловили рыбу в городке Бадсё, и не имели никакого отношения ко всем этим событиям.
В Узбекистане червонец, вложенный в паспорт, порой решает любые проблемы, а те которые он не может решить, прекрасно решает двадцатипятирублевая купюра. Поэтому, номер на двоих, в местной гостинице, нам достался, без особых на то проблем. Ну не считать же четвертную банкноту проблемой, особенно учитывая то, что после того, как здесь будут решены все дела, мы собираемся покинуть страну. А денег еще достаточно много.
Пока, я разбирался с гостиницей, Яна решила прокатиться до Детского дома, и попытаться узнать есть ли кто из ее недругов на месте, или стоит поискать их где-то еще. Оказалось, что все уже давно собрались в приюте, и спокойно, если можно так выразиться, обитают в его стенах. Заодно и узнала новости. Тот парень с которым она разбиралась перед побегом, выжил, но в связи с полученными ранениями, до сих пор находился в одной из местных больниц, и поговаривали о том, что он слегка тронулся умом. В общем, после того, как его вылечат, он должен был отправиться в другой детский приют, расположенный где-то в России, и предназначенный для умственно отсталых.
Кроме того Яна встретилась и поговорила еще с некоторыми знакомыми, и вернувшись к вечеру в гостиницу, долгое время сидела, уставившись в одну точку и о чем-то размышляла. В конце концов, пришла в выводу, что связываться с наказанием остальных виновных в надругательстве над ней, она уже не хочет.
— Ты не представляешь Андрей, какие царят там порядки! Если бы девчонки в тот вечер, отказались удерживать меня, из самих бы пустили по кругу. Меня пользовали в тот вечер двое, а совсем недавно появилась очередная жертва. И одна девочка, отказалась ее удерживать, и сейчас она находится в больнице, потому что помимо новой девчонки, которую ломали, пустили по кругу и отказавшуюся помогать. При этом насильников было шестеро. Мне конечно обидно за тот день, но мстить за это я уже не хочу. Мне кажется, они не виноваты, а кто именно стоит за всем этим, я не знаю. Вернее вина на них все таки лежит, но они сколрее действовали по обстоятельствам. И я уже сейчас очень сомневаюсь, как бы действовала сама, останься в том приюте и дальше. Поэтому мстить я не стану.
