Довольно приличный номер за приемлемую, на мой взгляд цену, нашелся на въезде в Монтара, небольшой городок на побережье в двадцати милях от Сан-Франциско на юг. Затащив в номер чемоданы, и все, что выгреб из перчаточного ящика, принялся за разбор доставшегося наследства. Честно говоря, содержимое чемоданов не впечатлило. Так, довольно поношенное содержимое или человека среднего достатка, или мужчины не привыкшего особенно следить за собой. Мало того, что большая часть содержимого требовало стирки, вдобавок ко всему, находилось и с относительно чистыми, а иногда и новыми вещами, но при этом брошенными в чемодан как попало. В итоге, вряд ли из всего содержимого, я смог бы оставить для себя, просто из чувства брезгливости. Поэтому, все же перебрав содержимое обоих чемоданов, я побросал все обратно, и отнес все это в машину, чтобы избавиться от этого барахла, где-то подальше от снятого мною жилья.
Следующее, чем я занялся стали бумаги добытые из перчаточного ящика. Большая часть из них относилась к различным счетам. За электроэнергию, воду, канализацию, уборку и тому подобному, и были оплачены. Другие, и их оказалось довольно много, оказались непогашенными, а общая сумма указанная в них приближалась к пятидесяти тысячам долларов. Больше всего эти бумаги относились к взятому кредиту, частично погашеному, но с еще достаточно высокой суммой долга, и налоговым уведомлениям. А вот это было пожалуй самым страшным. В Америке имеется два самых страшных преступления. Первое похищение детей и требование выкупа, и второе пожалуй еще более страшное — неуплата налогов.
Когда я подсчитал сумму собранных квитанций, просто ужаснулся. В голове сразу же возник калькулятор, показывающий, во что я вляпался. Похоже, комплексы связанные с заячьей губой, кроличьей кличкой, и плохим отношением, со стороны женского пола, были не самыми главными проблемами, из-за чего Роджер Маркс, решил свести счеты с жизнью. И если его уже разыскивает полиция, как бы все это не ударило откатом по моей тушке. А учитывая, что на некоторых квитанциях подлежащих оплате, срок закончился более двух месяцев назад, любое промедление, грозило довольно большим сроком. Но уже не в Самаркандской, а Американской тюрьме. Что меня совершенно не устраивало. Решив, что тянуть с этими проблемами не стоит, я скоренько оделся, выскочил из своего номера и отогнал машину от пансионата мили на две. Какой-то салфеткой найденной в салоне протер от своих рук рулевое колесо, рычаг переключения передач, крышку бардачка и ручки чемоданов. После этого оставив ключ в замке зажигания, вышел из машины и отправился в обратный путь уже пешком.
По пути, увидел таксофон, и решив убедиться в своих догадках, позвонил в банк, по номеру указанному в чековой книжке. Назвав ее номер поинтересовался какая сумма у меня находится на счету. В ответ спустя минуту, услышал «последнее предупреждение» и настоятельный совет от служащего банка, немедленно посетить одно из отделений для уплаты… Дальше я слушать не стал, повесил трубку и так же протер ее от следов, потому что помнил о том, что любой таксофон здесь в США имеет свой собственный номер. То есть можно звонить не только с него кому-то, но и принимать входящие звонки. А следовательно, клерк, находящийся в отделении банка, вполне мог сейчас связаться с полицией, и подсказать ей, что звонил должник, с такого-то номера. Зная расположение таксофонов найти звонившего не такая уж большая проблема.
Я успел пройти всего около мили, когда мимо меня на огромной скорости промчался голубенький универсал Шевроле. И хотя было немного жаль потерянного автомобиля, но свобода была дороже. Возможно, я себя просто накручиваю, и на самом деле ничего страшного бы не произошло, но как говорится, лучше перебдеть. Да и по большому счету мне именно сейчас не нужен такой огромный и заметный, автомобиль. А вот что делать с документами, надо бы подумать.
