Художник некогда читал, что в Венеции порою случаются проливные дожди, но не помнится, чтобы он изображал на картине дождь.
Слезы – пророки сердца.
Адриан удивленно метнул взгляд вверх и различил на небе странное предзнаменование. Черное пятно постепенно разливалось по небосводу, чернильные капли катились вниз, покрывая мглой все остальные краски. Путники всполошились. Крупные капли начали падать прямиком в воду, отчего она стала приобретать характерный мглистый окрас. Постепенно нарисованный мир погружался во мрак.
– Нам нужно немедленно возвращаться. – серьезно выпалил художник не спуская глаз с этой внезапной напасти.
Художник, уже растворяясь, начал перемещаться обратно в реальность, но тут он замечает, что Эмма никак не может последовать его примеру.
– Эмма, сосредоточьтесь. – огласило светящееся облако пыли с человеческими очертаниями.
– Мне страшно, а что если мы так и останемся во тьме, навеки. – испугано твердила девушка.
– Возьмите меня за руку, и ничего не бойтесь. Это мой мир и мне решать каким он будет. – заявил он протягивая ладонь.
Девушка повиновалась.
Рассыпаясь на частицы, они почувствовали, как их атомы, словно в вихре соединяются, словно двое могут стать единым целом вышним существом, магнетическая сила любви тянула их, однако безответная связь, оная разлучница, вновь расщепила эту пару. Преодолев потустороннее время и неизмеримое пространство, они оказались в реальности, посреди мастерской.
Растеклась черная краска. Полотно, лежащее на полу, почти полностью покрылось чуждым цветом. Взяв тряпку, Адриан первым делом одним движением очистил поверхность красочного слоя, затем взял невредимую влажную картину, и положил сей пейзаж на сухую поверхность дальнего стола. А Эмма, тем временем орудуя шваброй, поспешила убрать остатки этого недоразумения, этот казус художественного процесса, человеческий фактор, если конечно, банка с краской была поставлена на ребро или вблизи края стола.
– Не помню чтобы я открывал сосуд с чёрной краской. – подозрительно вымолвил Адриан, затем перевел свой опечаленный взор на ничего не подозревающую Эмму. – Простите, что наше приятное времяпровождение окончилось. Я порою бываю крайне непредусмотрительным и неаккуратным.
– Главное, что мы выбрались оттуда. Жаль, но мне больше не хочется путешествовать по картинам.
– Да, несомненно, жаль. Мне на секунду подумалось, будто всё это многообразие красок не существует без моей воли, а сосредоточено на моем настроении. Именно сейчас я бы закрасил всё черным цветом. Я подумал о том, так и произошло. Клякса растекается по моей измученной душе. – задумчиво проговорил Адриан, а затем спросил. – Теперь вы покинете меня?
– Я подумаю о том. – уклончиво ответила Эмма не отвлекаясь от уборки.
Сомнения кружили стаей воронья над челом девушки, ей становилось холодно от одних лишь мыслей об этом человеке. Стало вдруг холодно не только ее душе, но и телу девушки, отчего ей пришлось надеть кофточку. Нежданно сбоку она почувствовала нечто твердое, это оказалось письмо от Чарльза Одри. Прислушавшись к дальним шагам художника, Эмма начала читать записку.
“Добрый вечер, Эмма, я, если вам не известно – детектив Чарльз Одри, несколько недель назад занявшийся расследованием вашего похищения. В этом послании я буду краток, потому начну с жизненно важного совета – Пожалуйста, не прельщайтесь им. Художник притягивает вас, посему лишает свободы. Но речь пойдет не об этом, а о том, каким способом мы сможем лишить пагубной свободы сего злодея. Лично помочь я вам не могу. Вспомните историю с Эрнестом, и вам станет предельно ясен мой затруднительный резон, возникшая трудность на моем пути. Лишь вы, Эмма, способна обуздать его. И если вы не отвечаете ему взаимностью, что вполне предсказуемо, судя о ваших отношениях с Эрнестом, то вскоре Художник обозлится на вас или впадет в паранойю со всеми вытекающими отсюда губительными последствиями. Вам необходимо немедленно использовать, изобличить сию магию против него же самого. Узнайте, как именно человек переходит из земного бытия в небытие фантазии. В этот серединный мир между Землей и Небесами. И, безусловно, заприте его в том пространстве. Подумайте над моим предложением. Я в свою очередь также буду сочинять иные способы противостоять ему. Художник играет нами, так давайте и мы поиграем с ним”.
Письмо окончилось. Эмма впервые трезво осознала насколько далеко она зашла со своим любопытством. Она, умная девушка, пошла за незнакомцем, словно маленькая девочка, плененная пленительными словесами и сказками. Адриан уже стал мрачнее обычного, скоро он непременно начнет умолять ее о взаимности чувств, которые она не сможет ему предложить. И в душе девушки впервые возникла простая и в то же время действенная идея, оказывается, всё ещё можно было поправить.
