Иржи вместе с Фаркашем и Ковачем дружно сидели на диване, смотрели телевизор и ели виноград. За окном постепенно смеркалось, укрывая туманами и сумеречным пологом озера, дома и рощи. Иржи посмотрел на часы.
- Пойду немного полежу. - Кивнул он охранникам.
Зайдя в комнату, он повалился на кровать и уставился в потолок. Мысли крутились в голове нескончаемым потоком. "Непонятно, почему эта ведьма так зациклилась на Саминьшах? Почему бы ей не потреблять энергию из других людей? Прицепилась, как клещ к заднице! Если я - потомок Саминьшей и во мне есть стихия огня, значит я... маг? И все Саминьши были магами? Нет, что-то не сходится. Сердец, похищенных ведьмой, было три или два? Я видел два. Одно из них - рубин - принадлежит Карешу. Чье же бьется в черном алмазе? И было ли третье сердце?"
На тумбочке завибрировал коммуникатор. Иржи подхватил его, посмотрел, кто и нажал громкую связь.
- Слушаю тебя, Бернат!
- А мы с Эстер тебя ждем!
- Где, братик?
- В ресторане, за нашим столиком! Приходи быстрее!
- Иду. - Вздохнул Иржи и начал собираться. - Эти влюбленные хотят приобщить к своему счастью весь мир... Тем более, что я - ось вращения.
Когда он вышел в гостиную, охранники тут же отвернулись от телевизора.
- Вы куда-то идете? - Поинтересовался Ковач.
- В ресторан, на помолвку господина Измирского - старшего. Так что можете продолжать развлекаться. Бернату сейчас абсолютно не до вас. Отдыхайте!
Охранники помялись, но, поразмыслив и поблагодарив Иржи, опять упали на диван.
Фаркаш сказал:
- Там, в ток-шоу Малховского, объявили завтрашнюю тему.
- И?
- "Почему аристократы скрывают свои титулы?"
Граф Измирский, уходя, полуобернулся к охранникам:
- Скажу по секрету, они не хотят платить налоги! - произнес он, прикрывая за собой дверь.
На столике, вместо привычной маленькой лампы, в стилизованном под старину подсвечнике, горели три разноцветные свечи, источая розово-лавандовый запах. Заранее, еще днем, заказав у администратора доставку букета белых роз, Иржи прихватил их по дороге, и теперь пробирался к столику, сжимая в руке перевязанный ленточками душисто-колючий символ любви и верности.
Пока официант бегал за вазой, а потом пристраивал цветы так, чтобы все гости друг друга видели, Иржи сел и с улыбкой посмотрел на счастливого брата и, не менее счастливую, Эстер.
Перед ними в бокалах пенилось шампанское. Услужливый молодой человек тут же наполнил праздничным напитком бокал Иржи.
- Рассказывайте! - он поднял его за узенькую ножку и сквозь тончайший хрусталь посмотрел на свечи, свет от которых тут же разлетелся тысячью разноцветными искорками.
Бернат с любовью смотрел на своего брата: "И все-таки, сколько счастья мне принес этот сорванец, маскирующийся под вдохновлено-утонченного модного художника - аристократа! Но я-то точно знаю, что под этим прекрасным романтическо-изысканным обликом таится настоящее живое пламя и любящее сердце!" И думая так, он даже не предполагал, насколько близок был к истине. Но вслух сказал коротко:
- За тебя, мой самый лучший Иржик!
- За тебя! - присоединилась Эстер, с нежностью глядевшая на него.
- Спасибо! - пожал плечами Измирский-младший и отпил шампанское. - Но мы здесь все же встретились по несколько иному поводу... надеюсь!
- Конечно! - Глаза Берната блестели от счастья, выпитого шампанского и свечей, трепетными огоньками отражающихся в зрачках. - Иржик! Мы с тобой - одна семья. Раньше нас было только двое... двое одиноких, брошенных на произвол судьбы мужчин. Но теперь... все должно измениться! Я хочу, надеюсь, ты тоже, чтобы в наш холостяцкий дом вошла очаровательная госпожа Эстер.
Буквально на секунду он сделал паузу и, не давая никому открыть рот для возражений, продолжил:
- Дорогая Эстер! Я просто молю Вас об одном: будьте моей женой и войдите в наш дом доброй хозяйкой!
Женщина покраснела и из-под ресниц посмотрела на Иржи, словно спрашивая его одобрения.
Тот поставил на стол локоть, подпер рукой щеку и, глядя на обоих, расплылся в улыбке:
- Благословляю, дети мои!
Бернат дал свою руку Эстер. Та скромно вложила в нее свою ладошку. А потом оба протянули свободные руки Иржи. Теперь они сидели, втроем крепко держась друг за друга. Художник приподнял свой огонь и на выдохе послал его по жилам певицы и брата. Они сразу выпрямились, а глаза словно вспыхнули. Живое пламя бежало по их жилам, очищая кровь и души от грусти, страхов и придуманных глупостей, поселяя в сердцах уверенность в прекрасном и светлом будущем.
И женщина, гордо подняв голову, с любовью глядя на обоих Измирских, твердо сказала:
- Я согласна войти в ваш дом. Любить и беречь вас, пока мы живы в этом мире!
Иржи хмыкнул и разорвал связь. А Бернат принял эти слова, как должное, ибо как можно любить его, не любя младшего брата? Да и вообще, разве можно его Иржика отпускать в самостоятельное плавание? Он такой хрупкий, ранимый... маленький! Зато теперь они - настоящая семья!
Бернат расстегнул пуговицу пиджака и залез во внутренний карман. В его ладони оказалась небольшая коробочка. И он протянул ее брату.
- Открой!
