- Да, художники у нас есть. Картины, статуи, барельефы. Красивые дома с фресками. Это все хорошо. Я не знаю, - Сааминьш немного подумал, - кому могли перейти дорогу два пацана, но сейчас вы в достаточно выгодном положении: у вас есть временная фора. Отследить перемещение фамильного портала очень сложно. Поэтому пока они разберутся, что к чему, и куда вы подевались, предлагаю немного поучиться. Может статься, что ваши противники на несколько уровней выше. Но что наглее, это точно. Ни один маг, даже в состоянии маразма, не станет связываться с межмировой Инквизицией. Это такая контора, которая за своих сотрудников в пыль стирает не только преступных магов, но и целые города, в которых они скрывались...
- Почему же так долго не могли вычислить вашу ведьму Эвангелину?
- Ее-то как раз и вычислили. Лишили магии и сослали в человеческий мир. Кто ж знал, что мой бестолковый сын поселится там же? Кстати, а сколько лет он там прожил по вашим меркам?
- В каком виде? - Хлопнул ресницами Иржи.
- В своем. - Удивленно поднял брови Глава.
- Таком холодном и прозрачненьком? Увы, плотным и теплым я увидел его только здесь.
В дверь снова кто-то поскребся.
- Заходи! - крикнул Сааминьш.
В комнату вошли тихие и не поднимающие глаз молодые Сааминьши с подносом, на котором красовался кофейник с пятью чашками. Лайрина принесла разогретые вчерашние булочки.
Они расставили посуду и молча сели на диван. Саэрэй разлил по чашкам напиток и взял булочку, подавая пример остальным. Когда с перекусом было покончено, Глава медленно выпрямился и откинулся на спинку кресла.
- Да, сын, наворотил ты дел...
- Я ничего...
- В том-то и дело, что ничего. Чего-то придется делать этим молодым людям. Иржи, ты драконом уже оборачивался?
- Нет. - Улыбнулся он. - Даже не пробовал. Не до того было. А потом мы убежали.
- Хорошо. Летом я с вами займусь сам, а осенью - в Академию. Учиться. Так... - Сааминьш задумался, глядя на Иржи. - Теперь давайте подумаем, как представить вас Клану. Сыном этой парочки, к сожалению, не получится. Для нас их не было всего полгода. Правда, есть дальняя родня за Бурным морем, на Сиреневых островах. Точно. Будем считать, что вы оттуда. Все равно никто толком не знает их обычаев, и все "неправильные" ваши поступки как раз на это и спишутся. По крайней мере, вопросов будет гораздо меньше. Клану сообщим, что вы прибыли телепортом. Все равно никто ничего узнать не сможет, так как я один поддерживаю с ними связь..
- Отец, а может, иномирян отправить к этим родственникам?
Клава клана изумленно посмотрел на сына:
- Ты эту кашу заварил, а кастрюли чистить посторонним?
- Но их там не найдут... - промямлил Юори. - А вдруг нам тоже грозит опасность?
- Значит, так ты относишься к своим детям? Сожалею, что принял тебя обратно!
- Отец, Иржи - не мой ребенок! Там нашей крови осталось...с мышкин нос!
- Ты мне так и не сказал, сколько лет провел в том мире, сын.
- Много, очень много, отец.
- И ничему так и не научился.
Глава Клана подошел к окну и, глядя в рассветное небо над горами, продолжил:
- Знаешь, почему мы живем кланами вместе с двоюродными и десятиюродными родственниками, несмотря на индивидуальность и собственный характер каждого? Почему я принял тебя обратно, не тронув пальцем, хоть и очень хотелось? Все потому, дорогой сын, что вместе легче выживать, защищаться и нападать. В трудное время каждый становится частью единого целого. И ты, как следующий Глава, должен это всегда помнить.
- Но они - люди! С непереносимым характером, вечной суетой и привычкой жить отдельно.
- Пожалуй, тогда мы пойдем... по привычке? - Иржи встал и положил руку на плечо Фаркашу, увлекая того за собой. - У нас аллергия на домашние разборки. У Йожефа уши в трубочку сворачиваются.
- И выносить нас не надо, мы как-нибудь на своих ногах. - Вежливо кивнул Йожеф.
- Вы останетесь здесь, и это не обсуждается. - Спокойно сказал Саэрэй, не отрываясь от созерцания пейзажа.
- Колобок, колобок, я от дедушки убег... - Пропел Иржи, окутываясь пламенем и хватая Фаркаша за талию. - Дракон человеку lupus est. Приятного дня!
Пока Саэрей оборачивался, молодые люди уже исчезли.
- Так кто из нас ничему не научился? - Спросил Юори, глядя на отца.
Легкий ветерок с гор хорошо проветривал лесную дорогу, скрывавшуюся от жаркой ласки сдвоенных солнц, высоко забравшихся на небо. Где-то в глубине синего хвойного леса пели птички. Изумрудная трава на обочинах так и манила усталых путников присесть и отдохнуть на ней. Малиновые и темно-желтые бабочки с длинным хоботком тяжело перепархивали с цветка на цветок, почти до земли сгибая толстые фиолетовые стебли.
Белый песок, из которого состояла эта дорога, давно покрыл толстым серым слоем темные штаны и кроссовки. И даже черные волосы Иржи оказались им слегка припудрены. Кроме абсолютной летучести и всепроникаемости, он был горьким. Поэтому пацаны, идущие по дороге, периодически накапливали во рту слюну и сплевывали на обочины.
- Ну и зачем мы снова убежали? - На одной ноте тянул Фаркаш, заплетая длинные ноги. - Глядишь, научились чему-нибудь! Чайку бы!
