- Получается, вы только из-за меня пришли сюда? - Он обвел их всех внимательным взглядом. - Зачем? Я бы мог с таким же успехом посидеть в своей гостиной.
- И, как всегда, надраться к ночи до состояния хладного трупа! Нет уж, Вааред, раз дядюшка с тетушкой тебя отправили к нам, мы тебя из своих дружеских объятий не выпустим!
Молодой человек усмехнулся, перекидывая спутанные светлые волосы на спину:
- Напьюсь - откачаете! Как будто вас это затруднит! А дружескими объятиями и задушить недолго! Особенно вашими.
Трое молодых людей дружно рассмеялись, а потом младшенький, на правах самого обаятельного и балованного, проникновенно глядя в серые глаза троюродного брата, поинтересовался:
- Так зацепила, что и забыть никак не можешь? Хоть расскажи, кто она?
Сероглазый тут же уныло опустил кончики губ. Потом, взяв бутылку с коллекционным вином, стоящую на столе, поднес ко рту и стал пить, словно воду.
- Эй-эй! - Эрнаандо нежно отсоединил руку Ваареда от посуды и отставил ее подальше. К ней тут же присосался Альеэро. Пустая бутылка через пару секунд перекочевала под стол. Материализовавшийся официант улыбаясь, принес еще две.
- Она... словно еще не распустившийся бутон розы. Положив руки ей на плечи, не знаешь, какого цвета его лепестки... только чувствуешь тонкий аромат... терпкий и страстный... - сбивчиво ответил заплетающимся языком светловолосый парень. - Она уехала. Неожиданно. Еще вечером я целовал ее тоненькие пальчики, а утром ее уже не было в городе. И какая-то женщина пыталась предъявить на меня права, настаивая, что я провел с ней ночь.
- Постой-постой! - Замотал головой Альеэро, отчего сережки заплясали в его ушах, бросая разноцветные отсветы на одежду и скатерть. - Ты хочешь сказать, что влюбился в ромаалку?
И трое парней с одинаково поднятыми в изумлении бровями наклонились к дальнему родственнику.
- Ну да. Что в этом такого? - Высокомерно сказал он.
Братья откинулись на стулья и дружно заржали.
- Я тоже люблю "овечек", Вааред! Но это не значит, что выходя из дома "Пастушки Греты", я проливаю безутешные слезы. Ты определенно сошел с ума. Второй сын Главы Клана Единорогов влюбился в маленькую шлюху!
- Она - не шлюха, Эрнаандо! В каждом сословье есть исключение. Ну объясните хоть вы мне, почему она уехала, ни о чем мне не сказав? - Вааред вцепился пальцами в окончательно разлохматившиеся волосы. - Я просто хочу понять! Если бы она мне все объяснила, я бы отступился. Но она просто исчезла! А я никак не могу ее найти. Все ромаалы, которых я о ней спрашивал, ничего не знают...
- Тихо, успокойся. На вот, выпей еще. - Младший братец Альеэро налил в бокал Ваареда вино. - И давай попробуем спокойно разобраться.
Хоть все члены клана Подгорных змей считали младшенького светским шалопаем "со странностями", но, когда надо было что-либо проанализировать или продумать наперед, приходили к нему за советом. Даже их двоюродный дядюшка, суровый и задумчивый маг, построивший себе отдельную башню для темномагических опытов, внимательно относился к его мыслям и словам.
- Так вот, мой хороший. Ромаалы, все, без исключения, рассеянные по нашему миру - огромная семья. И каждый там знает о каждом. Поверь мне, все те, у кого ты про девушку спрашивал, наверняка знали, о ком ты говоришь. И более того, знали, где она находится. Но тебе не сказали. Теперь вопрос: ты ее мог чем-то обидеть?
- Нет, Альеэро, я очень внимательно относился к ней. Знаешь, как мы познакомились? Я спас ее из-под ног паникующей толпы в день Солнцеворота в нашем городе.
- Странно. Обычно они - честнейшие и благодарные люди. Сколько ей лет?
- Она почти ребенок. Лет пятнадцать.
- Да, по сравнению с нами - совсем малышка. Но людской век короток. Ромаалы - народ кочевой, магов сильных - один, два и обчелся. Поэтому женятся и выходят замуж рано. Как правило, имеют много детей. Артистичны, талантливы, свободолюбивы. Может, ее выдали замуж и откочевали?
- Нет. У отца с матерью она одна. И, как мне кажется, они были только рады, что я оказываю их дочери знаки внимания. Поскольку праздник прошел, а они все не уезжали.
- Хорошо. - Альеэро прикрыл свои раскрашенные глаза и подпер рукой подбородок. - Вспоминай тот день, когда их уже не было в городе, но ты об этом не знал. Ты пришел туда, где они стояли... и что? Уехали все или кто-то остался?
- Уехали все, кроме трех семей и одной вдовушки. Когда я приходил к девушке, она вечно строила мне глазки. А тут набросилась с поцелуями, словно бешеная! На всю площадь кричала, что теперь я ее "коэно". Я пытался узнать, где семья Ганика, но остальные ромаалы даже не соизволили со мной заговорить. Прицепили повозки и уехали. А я - остался.
- А скажи-ка мне, дорогой коэно, ты и в самом деле провел с ней ночь?
- С кем?
- Выпей еще и не тупи! С вдовушкой, конечно!
- Ты сошел с ума, рыжий! - Блондин пьяно оперся о стол локтями. - Я готовился к экзаменам, а потом спал в собственной постели. Один.
Альеэро допил бокал и налил еще. Братья, затаив дыхание, слушали разговор, но вторую, не начатую, бутылку Эрнаандо втихомолку поставил рядом с ножкой своего стула.
