Как-то незаметно Тео оказывается сверху и уже без футболки. Мысли путаются, и это приятное чувство очень нравится парню, потому что он видит перед собой сейчас только ее — Вэнди. Он хочет ее, а со всем остальным разберется немного позже, на свежую голову. Ее руки заводятся наверх, когда Уокер стягивает ее одежду, и обратно не опускаются, позволяя делать все, что хочется. Парень пользуется этим и жадно выцеловывает ключицы, спускается к грудям и прикусывает соски по очереди, сминая свободной рукой бок Вэнди. Она тихо стонет под ним, так же растворяясь в ощущениях, чтобы не думать о плохом, и, когда все вещи оказываются на полу, ее тянут вверх, подхватывая под ягодицы, не разрывая поцелуя, и усаживают сверху.
Тео не нежничает, будто показывая, каким может быть, кусается, оставляет засосы, дыша в унисон с Вэнди, и она не остается в стороне, отвечая тем же. У них обоих внутри пепелище, и жизнь никогда не будет прежней, но сейчас они все же занимаются любовью на рассвете нового дня, хоть и отрицают ее между собой. Потому что дети не должны нести ответственность за поступки родителей.
Они решают ничего пока не рассказывать Калебу о происхождении Тео, поэтому, когда день переваливает за вторую половину, Вэнди стоит у плиты, а еще сонный Калеб сидит на кухне за столом, ожидая, пока освободится ванная. Тео, вернувшийся из душа и вытирающий мокрые волосы полотенцем, как ни в чем не бывало, подходит к девушке, буднично заглядывает в сковороду, быстро чмокает ее в макушку и удаляется в комнату, чтобы переодеться.
— Когда он вернулся? — парень чешет щеку, на которой повторяется рисунок измятой подушки, и зевает.
— Часов в восемь, — Вэнди пожимает плечами, ведь не следила особо за временем. — Хорошо спал?
— У меня нет проблем со сном, — Миллер хмыкает, — я же студент-медик, забыла? Стоит принять горизонтальное положение и все!
— Студент, тебе надо вернуться на учебу, не находишь? — вошедший Тео заставляет парня снова сгруппироваться и убрать улыбку с лица.
— А как же те люди?
— Сейчас ты сходишь в душ, приведешь себя в порядок, постараешься все вспомнить, что происходило в тот день, когда ты увидел Итана, и расскажешь мне, а я уже решу проблемы.
Калеб кивает и послушно удаляется в ванную, а Вэнди разворачивается к столу лицом, за которым сидит Тео.
— Решил сначала найти его?
— У меня есть сутки, чтобы дать положительный ответ, — Тео проговаривает это, а Вэнди понимает, что отрицательного варианта — нет. — Постараюсь разузнать сначала про Итана, а дальше видно будет.
— Ты так уверен, что я помогу? — Калеб возвращается обратно, усаживаясь уже на свое привычное место. — Я просто бродил в доках, чтобы развеяться, и случайно увидел борьбу, подошел ближе из любопытства, а там Итана скрутили и в машину грузили. Потом за мной погнались и стреляли, так что я не на шутку испугался — по мне же никогда до этого не палили из пушки.
— Все нормально, успокойся, — Тео похлопывает по рукам Пака, — сможешь сказать, где находятся те доки и показать дорогу, чтобы я место не искал долго.
— Могу, — парень кивает.
— Но сначала мы все поедим, а потом вы оставите меня в одиночестве, договорились?
Калеб в ответ на это лишь улыбается и принимается уплетать свой завтрак, плавно перетекший в обед.
— Это было здесь, — Калеб осматривается, — да, определенно, здесь.
Тео озирается, внимательно сканируя взглядом местность, задерживаясь на крышах контейнеров, откуда, наверняка, открывается отличный вид на пятачок, на котором сейчас топчутся они с Калебом, и, не заметив ничего подозрительного, но приготовив оружие на всякий случай, медленно шагает вперед, смотря под ноги.
— Итан Рид, сукин сын, где же тебя носит? — Уокер не забывает следить и за Калебом, пока сам пытается найти хоть что-то — любую зацепку, однако это не удается даже спустя час поисков.
— Прости, я же говорил, что вряд ли смогу помочь чем-нибудь, — Калеб присаживается рядом с курящим Тео и смотрит на залив, теребя травинку в руках. — Может, если бы запомнил хотя бы номер машины, то это дало что-то, но я так удирал, что стыдно даже.
— Хотеть жить — не постыдное желание, успокойся, — Уокер отбрасывает бычок в сторону и достает еще одну сигарету, — а вот кидаться с голыми руками на вооруженного человека — глупость. Твой отец не погладил бы меня за такое.
Они сидят еще какое-то время, не проронив ни слова, слушая волны и чаек, вечно куда-то спешащих, пока Уокер снова не достает уже помятую пачку сигарет.
— Ты слишком много куришь, — хмуро констатирует Калеб, — не знаешь разве, что это вредно?
— Мне вообще жить вредно, а так, может, добьет быстрее.
Тео хмыкает на негодующее бормотание Миллера и щелкает зажигалкой, когда его внимание привлекает блик рядом с одним контейнером. Он стоит тут, видимо, давно, потому что по его периметру проросла трава сквозь потрескавшийся асфальт, и парень, зажав сигарету зубами и затянувшись, поднимается на ноги, медленно подходя к заинтересовавшему месту. Он склоняется и достает из травы телефон с разбитым экраном.
— Что это?
