Данил вздохнул и уступил мне, перекатываясь на спину. Я поспешно соскользнула с кровати и подобрала с пола свою одежду.
— Нам нужно поговорить об этом, Таня.
— Нам не о чем говорить, — сказала я жестким тоном, натягивая джинсы.
— Есть, — услышал я его твердый голос. — Таня, почему ты мне не сказала?
Я сморгнула слезы. Руки тряслись, когда я застегивала рубашку.
— Три года.
Я мысленно взмолилась, чтобы он сейчас же замолчал.
— Ты была вместе с этим мудаком три гребаных года.
Мне нужно было выбраться из этой чертовой комнаты. И как можно скорее.
— Принцесса…
Я откинула голову назад и на глаза навернулись новые слезы.
— Пожалуйста. Посмотри на меня.
Я покачала головой. Если я посмотрю на него сейчас, то все вернется ко мне.
Все то, что я так старалась забыть о нем.
Абсолютно все.
Я закончила одеваться и бросилась на выход. Я уже протянула ладонь к двери, чтобы открыть ее, как вдруг его рука метнулась вперед меня и захлопнула ее.
Его тело прижалось к моей спине, обжигая своим жаром. Мои веки дрогнули и закрылись, когда я почувствовала его дыхание у своего уха.
— Почему ты все еще была девственницей? — спросил он мягким, леденящим душу тоном. — И почему ты отдалась мне?
Я крепко сжала пальцы в ладонях.
Боль, как это часто бывало, успокоила мое дыхание, но не сердце.
Что я должна была ответить ему?
Что, черт возьми, я должна была сказать?
Что, когда я увидела его, все воспоминания о нас нахлынули на мою опьяненную голову? Что я вдруг почувствовала сильнейшую тоску по нему? Что я скучала по нему и до этой встречи?
Я пыталась бороться с натиском.
В моих воспоминаниях он был совсем другим. Сейчас он не был тем мальчиком, которого я когда-то знала и… любила.
Он был холодным, бессердечным, бесчувственным уродом, нарушившим множество обещаний. Я не хотела, не должна была больше иметь с ним ничего общего.
Но воспоминания прошлой ночи, настойчивые и властные, не дали мне покоя, пока я просто не вздохнула, признавая свое поражение, и не позволила им завладеть моим сознанием.
Я вспомнила, как ноги сами повели меня к нему.
Вспомнила, как мои руки обвились вокруг его шеи.
Я увидела шокированное выражение его лица, прежде чем мои губы нашли его губы.
Я почувствовала, как он сопротивлялся, а потом сдался и притянул меня ближе к своему телу.
Я вспомнила, как он говорил мне, как умолял меня заставить его остановиться, когда навис над моим обнаженным телом. И помнила, как умоляла его не останавливаться.
Я вспомнила его успокаивающий шепот, когда я вскрикнула от боли… Когда он лишил меня девственности. И я вспомнила, как боль уходила по мере того, как усиливалось мое наслаждение.
О Боже…
Что я наделала?
POV Даня
Пока я ожидал ее ответа, мой гнев неторопливо нарастал.
Когда она так и не произнесла ни слова, моя рука сжалась в кулак и я в отчаянии ударил по косяку. Она вздрогнула, подскочила на месте и, повернувшись, прижалась спиной к двери. На долю секунды ее самообладание пошатнулось, выдав страх, но тут же вернулось к ней.
— Почему, Таня? — настойчиво требовал я ответа. — Почему после стольких лет ты подошла ко мне вчера вечером на вечеринке? Блять, тебя вообще не должно было быть там!
Она отвела взгляд в сторону. Я не знал, как к этому относиться. Но знал, что меня чертовски разозлит, если она не даст мне ответ в ближайшее время.
— Ответь мне! — взревел я.
— Это была ошибка! — крикнула она мне в ответ и ее прекрасное лицо исказилось от боли. — Я совершила ошибку, ясно?!
Я невесело усмехнулся.
— Ошибка? — недоверчиво переспросил я. — Значит, то, что ты трахнула меня прошлой ночь, было ошибкой? А во второй раз? А в третий и четвертый раз? Значит, ты совершила не одну, а четыре ошибки. Четыре гребаные ошибки!
Она ничего не ответила и уставилась на меня, опасно прищурив свои карие глаза.
— С кем ты была на той вечеринке?
— Ни с кем.
Я покачал головой.
— Почему у меня такое чувство, как будто ты мне врешь?
— Какая тебе вообще разница? — презрительно спросила она.
— Мне все равно, — я наклонился вперед и процедил сквозь зубы: —Мне просто интересно, почему маленькая принцесса семьи Градовых отправилась в трущобы.
— Отойди, — ее губы задрожали.
Мне стало не по себе, когда я увидел, как ее глаза начали наполняться слезами.
Я знал, что был с ней резок, но что мог делать, когда она уклонялась от моих вопросов. Мне нужно было знать, почему она была там, с кем она была и как, блять, она туда попала. Я не был уверен, почему меня это волновало. Может быть, потому, что я чувствовал ответственность за нее, поскольку знал ее. Или потому, что ей нужен был кто-то, кто присматривал бы за ней, как когда-то делал я.
Она не знала, насколько была близка к опасности. Она была окружена пьяными отбросами и даже не подозревала, чем могла кончиться для нее эта вечеринка. А может, и представляла, но ей было все равно.
Когда она упрямо вздернула свой маленький острый подбородок, я наконец понял, что не получу нужных мне ответов. Сжав челюсти, я оттолкнулся от нее и сделал шаг назад.
