– Сегодня все, словно сговорились против меня, – пробубнила она, захлопнув шкатулку. Чихнула. – Что мне теперь делать?
– Дождаться полночи, – послышалось в ответ.
– Дождаться полночи, – повторила она, усмехнулась. – Полночь – время тьмы. Время соединения реальности с нереальностью. Время желанных встреч и признаний. Почему все упорно назначают мне это время? Придётся смириться. Хотя смирение – это не мое чувство. Не мое…
Полночь наступила неожиданно, словно кто-то распахнул дверь и пригласил её войти. Чёрное платье, усыпанное звездами, рожок полумесяца, тишина и завораживающий голос:
– Здравствуй, Лара! В твоих руках ключ Андромеды, открывающий и закрывающий пространства, соединяющий миры. Как это сделать? Легко. Дотянись до неба и прикоснись ключом к месяцу.
– Если бы я умела летать, то легко открыла бы все двери, – проговорила Ларетта раздраженно.
– Тебе достаточно открыть шкатулку и вдохнуть звёздного порошка, чтобы получить силу Андромеды, – послышалось в ответ.
– Силу Андромеды… Зачем она мне? Мне нужна не сила, а власть над миром! – закричала она.
– Без силы невозможно получить власть. Без силы не долететь до неба. Без силы не поднять тяжелый меч Андромеды – символ величия и безграничной власти, – проговорила полночь.
– Почему же Андромеда утратила свою силу? Почему позволила превратить свою силу в звёздный порошок? – воскликнула Ларетта.
– Спроси у него… – голос стих, уступив место торопливым шагам.
Ларетта испугалась. Ей захотелось убежать отсюда и спрятаться, но было поздно. Бежать было некуда. Шаги приближались с двух сторон. Она затаила дыхание. Одновременно появились перед ней старьёвщик и странник, назвавшийся королем Андромеды.
– Хорошо, что ты здесь, Лара, – сказал странник. – Дай мне ключ.
– Дай ключ мне, – приказал старьёвщик. Оба протянули руки.
– У меня его нет, – соврала она. – Андромеда забрала его.
Оба расхохотались.
– Ты поверила в сказку полночи? Поверила, Лара? Андромеды нет и никогда не было. Не было никогда…
– Зато есть порошок и меч, – парировала она.
– Порошок? – странник пробуравил старьёвщика взглядом. – У тебя есть порошок?
– Да. И меч Андромеды тоже здесь. И ключ, и…
– Прекрасно, – странник приложил палец к губам, призывая его к молчанию. Ни к чему открывать все тайны сразу. – Лара, в первую нашу встречу я обещал тебе рассказать свою историю, помнишь?
– Меня больше не интересуют разные истории, – пробурчала она. – Я сама могу кое-что рассказать, но не сейчас, а когда придет время.
Она отвернулась, открыла шкатулку, вдохнула порошок и взлетела над землей. Дом старьёвщика остался внизу, превратился в маленькую точку.
Ощущение полета взбудоражило Ларетту. Она почувствовала себя повелительницей воздуха, схватила под уздцы ветер. Приложила ключ к лунному рожку и полетела вниз с такой быстротой, словно кто-то дернул за канат, связывающий её с землей. В то же самое время небо над головой Ларетты раскололось на две половины, выпустив наружу огонь. Ларетту обдало огненным жаром, несмотря на то, что она была далеко от небесного разлома.
– Что это? – закричала она, упав в объятия странника.
– Мы предупреждали тебя, что нужно быть осторожней, Лара, – сказал он. – Я потом тебе всё объясню. Нам нужно поскорее спрятаться от небесного огня.
– Да-да, спаси меня, – она уткнулась ему в плечо. – Скорее унеси меня, унеси…
Старьёвщик потер руки, сказал:
– Ты сделал невозможное, Измир. Но радоваться ещё рано. Подождем. Туманность Андромеды непредсказуемое место… Не упусти свой шанс на этот раз…
– Скорее, скорее бежим отсюда, – приказала Ларетта.
– Повинуюсь Вам, Ваша Милость, – проговорил Измир, сделал несколько шагов и оказался в лавке старьёвщика. Усадил Ларетту на стул, запер дверь, успокоил её:
– Здесь мы в безопасности. Мы под защитой высших космических сил.
– Что это было? – спросила Ларетта. – Я испугалась до смерти. Моё тело стало ледяным. Я до сих пор не могу согреться, несмотря на то, что меня обдало огненным жаром. Дай мне плед, разожги камин, налей мне чая и не оставляй меня одну.
– Слишком много приказов сразу, – он улыбнулся. – Но я выполню их все, потому что я волшебник. Раз…
Вспыхнул огонь в камине, на плечи Ларетты опустился плед, в руках появилась чашка чая. Измир сел напротив, сказал:
