«Нет, это смешно! – усмехнулся я своим мыслям, критически разглядывая заметную проплешину на макушке мужчины, его толстую короткую шею, неприлично заросшую черными кучеряшками, и на воротник рубахи не первой свежести. – Он – обычный человек. Такие не играют по ночам на флейтах. Такие как он плотно едят перед сном, а потом храпят до самого утра, пока их не разбудит безжалостный будильник, призывая к ненавистной работе. Скорее всего, у него и женушка есть под стать ему – такая же толстая и неопрятная – и не меньше трех сопливых детишек. Возможно, он и не глуп, и даже не лишен некоторой романтичности, но он явно трус. В этой стране невозможно не быть трусом. Ибо, если верить его собственным рассказам, все в этой стране построено на унижении и насилии. И как в таких условиях сохранить благородство чувств и дерзость мыслей, спрашивается?.. Бедный, бедный Хариф!»
Как раз в этот самый миг, словно почувствовав мой сверлящий взгляд на своем затылке, Хариф беспокойно заерзал и полез свободной рукой в карман пиджака.
– Вы разрешите? – спросил он, не оборачиваясь, и вяло помахал в воздухе пачкой сигарет.
– Могли и не спрашивать, – отозвался я. – Вы в своей машине.
– Да, но вы гость. А у нас говорят: гость в доме – хозяин.
– Это шутка?
– Это пословица, – добродушно ответил он, словно не поняв намека. – Я все же закурю с вашего позволения.
Сделав пару глубоких затяжек, Хариф снова заговорил. Гораздо бодрее, как мне показалось.
– Бобби, вас все еще интересует место на шоу?
– Разумеется. Я ради этого и приехал.
– Вот и отлично. Я договорился. Есть несколько вариантов.
– Когда это вы успели?
– Успел. С какой суммой вы готовы расстаться, чтобы я знал, что вам предложить?
– Хариф! Я не собираюсь торговаться, – гордо ответил я. – Просто назовите цену!
– Даже так? Ну, вот вам тогда цена лучшего номера на 24 часа: 6 000 амеро.
– Вы с ума сошли?! – возмутился я. – Кто я, по-вашему, идиот, или арабский шейх?
– Вы – человек, имеющий виллу в окрестностях Цюриха. Разве нет? – беззаботно парировал Хариф. – Но если это для вас дорого…
– Вы точно считаете меня идиотом, если надеетесь всучить номер за шесть тысяч, который я мог купить заранее и гораздо дешевле! – отчеканил я приговор этому болвану.
– Мистер Ганн, я не считаю вас идиотом, – сменил тон Хариф. – И я не собираюсь вам ничего «всучивать», как вы изволили выразиться. Речь идет о номерах для особо важных персон в одной из самых престижных гостиниц города. В этих номерах останавливаются высшие официальные лица иностранных государств, всякие знаменитости. И шейхи в том числе, о которых вы так пренебрежительно высказались. И стоимость проживания в этих номерах – от восьми тысяч за сутки! Это – в обычное время, заметьте! А в предпраздничные дни цена может подняться и выше!
– Нет, Хариф! Я не собираюсь переплачивать из пустого тщеславия топтать шелковые ковры в номере, где до меня обитал какой-нибудь шейх со своим гаремом или кастрированный маньяк наркобарон. Все что мне нужно – это обычный номер с просторной лоджией и хорошим обзором, столик с напитками и, если возможно, монитор, чтобы я мог следить за шоу еще и онлайн.
– Вы совершенно правы, Бобби! – сразу согласился Хариф. – Я просто счел необходимым проинформировать вас, что есть и такие номера. Чтобы вы меня потом не упрекали, если что. Но гораздо разумнее, конечно, выбрать номер скромнее. Если вас интересует исключительно шоу.
– А что еще меня может интересовать?
– Ну, мало ли, – неопределенно пробормотал он. – У людей разные вкусы. И возможности – неодинаковы. В общем, есть отличный номер. Как раз то, что вы хотите. И цена подходящая – всего две двести. И заметьте, Бобби, номер этот расположен в той же шикарной гостинице, что и предыдущий, но лишь на тридцать этажей ниже.
– И какой это получается этаж? – засомневался я.
– Сорок второй.
– Не низко?
– В самый раз, я вас уверяю! Уж я-то насмотрелся на шоу с разных этажей. Тридцать второй – оптимальная точка для просмотра.
– Правда? Что ж тогда этот номер стоит почти в три раза дешевле?
– Вообще-то он стоит четыре тысячи. Но я подключил свои связи, чуть побегал… Бобби, есть такие люди, которые чувствуют себя уверенно, лишь вскарабкавшись выше остальных. Ну, вы понимаете, о чем я говорю. И они готовы за это платить втридорога, не понимая, что платят за иллюзию. Но вы ведь не из таких людей, верно? Зачем вам пентхаус, откуда и разглядеть ничего толком нельзя?
– Вы правильно меня поняли, Хариф, – соизволил я его похвалить. – Дело не в деньгах, а в том, чтобы получить за них максимум удовольствия.
– Вот и славно! – быстро вставил гид. – Так мне заказать номер, или вы хотите его прежде осмотреть?
– Заказывайте!.. Хотя… А сколько стоит простой билет на трибуне?
Хариф на миг обернулся – и машина предательски вильнула.
– Мистер Ганн, вы хотите смотреть шоу с трибуны?!
– Я просто поинтересовался.
– Мистер Ганн, на трибунах сидит простой люд: «зеленые», «голубые», а бывает даже и кое-кто из «синих» проскользнет. Встречаются, правда, и иностранцы. Ну, там бедные студенты и всякие чудаки. Но ведь вы – солидный человек!
