Евгений Торопов
Хватит ли на всех пирацетама?
И я не знаю каков процент
Сумасшедших на данный час
Но если верить глазам и ушам
Больше в несколько раз
Виктор Цой "Муравейник"
Самая первая глава
...Никогда, никогда не ешьте пряных трубочек!
А вы их поди и не пробовали не разу в жизни? И даже не знаете что это за фрукт такой? Зря! Уж раз-то вкусить сей диковинный плод кулинарного искусства решительно необходимо, иначе завистливый червячок не угомонится: "А отведал ли ты то заморское блюдо, о котором так много пекутся в самом начале?"
Впрочем, если понравится, попросите уж и вторую порцию, покуда её не съел ваш сосед, он уже давно приглядывается к вашим пищевым исследованиям.
Подождите, о чём же я хотел вам рассказать?.. Ах, да! Ну так вот, день тот был обычнее обычного...
Итак!
День тот был обычнее обычного. Мы сидели у меня дома, попивая жиденький чаёк со злосчастными пряными трубочками, а мой друг, служащий ТрансПнациональной Корпорации Поль Дуреман рассказывал всяческие истории о своих потрясающих космических рейсах, где он выступал провозником наивсевозможнейших фракций проверочного фронта, налоговых и прочих комиссий, контролирующих деятельность наших граждан во всех уголках Вселенной, а также походя выясняющих, неужели это правда всё то, что рассказывают господа космонавты об открываемых ими планетах?
- Да, - восклицал Дуреман по окончании каждой истории, - каких только на свете миров не бывает!
Потом он брал следующую трубочку и начинал новую историю.
- Опускаемся это мы на планету 8FФ.3,7/50-А галактического параллепипеда 14.ЕА.32 и видим - что-то не так. Деревья растут вниз головой, кусты тоже, ну и трава, понятно. Мы удивились, понимаешь, пожали плечами - до чего эволюции не доходят! - а сами стоим перед Домом Правительства, ждем контакта. Вдруг с веранды сбегает абориген и так красиво-красиво семенит локтями по мраморной дорожке, болтающимися в воздухе ногами грозит и ещё издалека ругается: "Перевёртывайтесь, вашу мать!.." В конце концов выясняется, что обитают-де у них хищники: пожирают - все, что ни попадя. Только вот от перевёрнутого у них голова кружится. Ну и пришлось нам тоже на руках ходить... - тут Поль демонстрирует нам на руках свои мускулы. - Вот... Каких только на свете миров...
И как раз тут произошло непредвиденное: пряные трубочки кончились. А я-то, ничего не подозревая, тоже их ел!
Дуреман, их страстный любитель, мгновенно помрачнел, отодвинул ногтём кружку с чаем и говорит:
- Скучно у вас. В космосе куда интереснее.
Сам тем временем двинул к себе тарелку с борщом, смачно поперчил, посолил, поукропил, добавил полную ложку деревенской сметаны.
- Я тут... на днях планету открыл - и она совсем под носом у нас! Под носом... Понимаете меня?.. Знакомый астроном сказал: "Да? Этого не может быть!", а потом, приставив к переносице палец: "Хотя м-м... если учесть парочку нелинейных членов в уравнениях поправки имени Тициуса, возможно она и выскочит".
Дуреман похлебал борща в наступившей тишине. Потом посмотрел на меня в упор.
- Эта планета, - говорит, - чистый рай, эдем и парадиз, вместе взятые. И мне не безразлично её будущее, чёрт подери, но ведь она не приживётся с нами... Понимаете меня?.. Ну не всё там... гладко, - тут он обратился ко мне. - Феодосушка, послушай! Ты ж ведь работал миссионером раньше, или, как ныне модно говорить, корректором?
- Да, - с подозрением подтвердил я. - А что?
- Феодосушка, - живо воскликнул Дуреман. - Ты полетишь со мной. Решено! Только не отпирайся, уже все решено.
- Но куда лететь? Кем решено? - удивился я.
- Не отпирайся...
- Да отстань ты - заладил!
- Но она же мне как дитя, - забубнил Поль, - Только чуть-чуть подправить. Возьмёшься?
- Ну ладно, - махнул я рукой и знал почему. Разве не интересно познакомиться с новым, едва открытым миром?
- А разрешение от Всемирного Правительства?
- Будет, - обрадовавшись, твердо заверил Дуреман. - есть влиятельные знакомые.
Разговор продолжался ещё некоторое время в другом русле, где Дуреман снова мусолил космические бредни, а нетерпеливые друзья с расширенными глазами добивали его расспросами. А я всё думал: "Скоро познакомлюсь с неизведанным миром, буду продираться по его джунглям или бродить по сёлам или в прохладной библиотеке читать историю цивилизации. Каким же окажется он?
На следующий день раненько поутру, когда я ещё барахтался в постелях, вваливается Поль:
- Всё улажено, Феодос, Правительство санкционировало полёт на Дуремонию. Извини, но на таком дурацком предварительном названии настояли в Комитете по астрополитике.
Я бегло просмотрел печатные каракули Разрешения на одном из интернациональных языков и мило предложил:
- Попьём чайку? Правда он вчерашний.
- Нет, нет, - решительно отказался Поль. - Полетели.
- Прямо сейчас?
- Да, да, прямо сейчас, - заторопился он. - Быстрее, быстрее. Ну шевелись же. Мы опаздываем. О, скоро ты оденешься? - он затопал ногами по полу, стал хлопать себя руками по бёдрам и оживлённо ходить из угла в угол.
