Уже не ожидая ничего хорошего, лейтенант был готов ко всему, что угодно: от сопливой девчонки, которую насильно отправили на службу, до всё же воспитанного в военном ключе человека.
И реальность его не разочаровала. На первый взгляд белый и пушистый подросток оказался достаточно натренированной и трезво размышляющей девушкой. К своей защите она подошла более чем серьёзно, доведя корабельного интенданта чуть ли не до слёз, а чуть позже показала свой потенциал. И лейтенант поверил, что она сможет стать хорошим пополнением отряда. И сегодня, когда она в бою показала, на что способна, он впервые почувствовал перед биотиком страх и уважение одновременно.
Он даже чуть не сорвался, но смог взять себя в руки. Нет, перед ним была не соплюха, а вполне опасный союзник, которого не хотелось бы увидеть во врагах. А значит её нужно вытащить из задницы, в которую она сама себя запихала. Явно по неопытности и он не мог её в этом обвинять, но обвинит, потому что только так можно выжить и увидеть Терру снова.
Остановившись перед лифтовой площадкой, он скомандовал через отрядную связь, — не стрелять, свои!
— Товарищ лейтенант, докладываю. Один из лифтов работоспособен, под контролем наших инженеров, так же были слышны выстрелы и… Взрыв, несколькими этажами ниже.
— Взрыв говоришь, — помотал тот головой выходя к своим людям, — с одной стороны хорошо, уверен это наша потеряшка показывает себя во всей красе, а с другой… Всё равно не знаем, куда её занесло. Поэтому от рабочего лифта нам ни горячо, ни холодно.
— А что с подмогой, командир? Судя по всему, комплекс отнюдь не маленький.
— На орбите тоже замес, Чуйков сцепился с трехголовыми, не будет подмоги. Но это не важно, мы — десант третьего флота, не нам отступать перед террористами, и мы своих не бросаем. Все в лифт, начинаем прочёсывать каждый чертов этаж, пока не найдём нашу потеряшку.
В тоже время. Потеряшка.
Алисия вместе с неожиданным союзником пробиралась по одной из вентиляционных шахт, вполне больших, чтобы там можно было спокойно передвигаться на четвереньках, минуя многочисленные коридоры и возникшую словно чёрт из табакерки какую-то совсем уже отмороженную цербершу в усиленной лёгкой броне.
Из вооружения у неё был недлинный, но на вид очень опасный меч, и что-то, что в первую очередь показалась девушке лучевым бластером. Что было совсем уж фантастикой. Немного позже она поняла, что это были летящие словно пули сгустки биотики. В глубине души Алисии проснулся «хомяк» с желанием прикарманить такую вундервафлю себе. Но та его быстро разочаровала, понимая, что эту технологию никто ей не оставит будь она хоть трижды потомком Сталина, Ленина и Маркса вместе взятых, что, разумеется, было не так.
В первый раз столкновение с новым противником произошло практически в следующем помещении, и между ними сразу завязался бой.
Та ярость, с какой противник бросилась к ней, сначала обескуражила Хакетт, и пришлось отражать её меч резотроном, который, к её удивлению, и не думал разрубать оружие пополам. После ей удалось обездвижить противника биотическим Стазисом, хотя который у Алисии получался до сей пор из рук вон плохо и надолго удержать противника она не могла.
К счастью, этого времени хватило, чтобы скрыться в технических туннелях, доступ к которым Дженкинс имел как младший техник обслуживания второстепенных систем, и спалить панель, блокируя проход.
— А у тебя, похоже, богатый опыт передвижения по техническим туннелям, — тихо прокомментировал ловкие движения Алисии Лерой, пока они двигались по кабельному каналу над очередным коридором. На их счастье потолок был сделан на совесть и звуки их передвижения можно было засечь только если бы они начали топтаться и петь советский гимн прямо над головой стоящего под ними.
— Да, приходилось иногда таким заниматься. А иногда даже ночевать, чтобы преследователи отстали, ну или особо ретивый урод не изнасиловал. Пару раз так имитировала свою гибель, один раз даже получилось Цербер наебать. Правда ненадолго, они… — неожиданно девушка замерла рукой призывая замереть, когда они проползали мимо одной из решёток. Под ними пробежали несколько человек в характерной белой броне трёхголовых.
А вот следующую персону встречать не хотелось вовсе, но та как гончая шла по следу. По коридору медленно, словно нехотя ступала та самая церберша, её шатало словно пьяную. Были слышны всхлипы и стоны боли, — я не хочу. Хватит… мне больно… Вы же обещали, — остановившись она упала на колени и взвыла, — Дайте мне умереть!
Через пару секунд она замолчала, её словно дёрнуло, и она встала уверенно и твердо. Голос разительно изменился, стал елейным, от которого у Алисии пошли мурашки от ушей до кончика хвоста, так хорошо ей был знаком этот голос, её собственный, — Алисия, кис-кис-кис. Выходи-и и дружочка своего выводи. Хозяин просто хочет поиграть с вами.
Последовало несколько выстрелов, которые прошили потолок насквозь, но, к счастью, они были далеко позади от беглецов. И следом рык ярости с многочисленными матами, обещания найти и поиграть.
