Кибер. Гражданин [СИ] полностью

— Да, тебе же всё равно пилотировать этот бот. Ты забыл слова Рос Пера — нам придется пилотировать Шерхана. Я никогда не сидел в нейрокресле и уж тем более не пилотировал ни десантный модуль, ни экзоскелет мех-пехоты. А ты, неплохой мех-пехотинец.

— Откуда ты знаешь? — осторожно поинтересовался Ром.

Дим замялся, поняв, что узнал какую-то вещь, которую Ром считал тайной. Придумывать приходилось буквально на ходу.

— Ты посмотри на себя, вес далеко за сотню килограмм, и всё это — мышцы. Так что по комплекции ты идеально подходишь даже под мех-десантника, не говоря уже про пехоту. Во-вторых, когда в медблок я как-то раз пришёл с тобой, на тебе был комбинезон мех-пехотинцев, значит, как минимум, с основами управления ты уже знаком, вот я и сделал выводы.

— Правильные выводы, — Кажется «съел» отговорку Ром. А потом улыбнувшись спросил с азартом детского огонька в глазах. — Как считаешь, у нас получилось?

— Я же говорю, давай проверим? — ответил на улыбку Дим.

Ром вскарабкался по боту, будто и не было бессонной ночи полной нервов и работы. Люк кабины с шипением закрылся, загорелись стартовые огни на корпусе Шерхана, загудели реакторы и……Ничего.

Реакторы гудели, выдавая мощность, но бот стоял, так и оставаясь безжизненным колоссом. Система работала, но, непонятно по какой причине, бот не желал повиноваться командам пилота и двигаться. Когда напарник выбрался из кабины и спустился вниз, Дим едва ли того узнал. Ром Лерм, казалось, за эти десять минут постарел на десяток лет, а волосы еще молодого парня, точно оптоволокно, посеребрила седина.

— И что теперь? — осипшим от волнения голосом спросил у Дима товарищ.

— Давай пожрем! Пожрем, как в последний раз! — расслабившись, облокотился на кресло Дим. Говорят, до Последней войны, приговоренным давали такую возможность, — ни нервов, ни уж тем более сил на переживания у Дима уже не было.

Он сделал всё, что мог, отдал всего себя без остатка этому боту. И переживать уже был просто не в состоянии.

— Всё готово? — Рос Пер разбудил задремавшего Дима. Ром в это время находился в кабине и отчаянно пытался привести в движение боевой бот.

— Ага, — коротко ответил Дим, так и не открывая глаз. — Только он не движется. Заводится, полностью функционирует, связь между системами налажена, но бот не желает повторять движения пилота.

— И ты так расслаблен? — ухмыльнулся начальник цитадели.

— Легат, за последние пять дней я спал чуть больше двадцати часов. Да, я пытался, и признаюсь, что у меня не вышло. Я бы мог попросить ещё времени, но это было бы глупо: если я и допустил где-то ошибку, то не по причине халатности, а по незнанию тонкостей какой-то конкретной системы. При всем желании исправить её я не смогу, так что дайте хоть в последние минуты в своей жизни подремать.

— Да ты фаталист, боец, — Влад Раж пнул основание кресла так, что оно перевернулось — Сложная ли система управления у твоей машины?

Дим нехотя сел на пол:

— За основу была взята система с экзоскелета, интерфейс был написан простой, но там только скелет, так что запутаться в дополнительных функциях не получится.

Влад Раж кивнул и трусцой побежал к тыльной стороне ноги Шерхана, туда, где простые металлические скобы были приварены вместо лестницы. Готового трапа в арсенале не имелось.

Бот, работающий на холостых оборотах, вдруг заревел допотопными топливными двигателями, сделал неуверенный шаг и повернулся к Рос Перу с Димом. Кабина пилотов размещалась в грудной клетке. Место головы занимал моторный отсек в сверхзащищенном корпусе.

Правая рука допотопного мех бота коснулась кончиками роботизированной ладони машинного отделения, в то время, как левая накрыла его сверху. Рос Пер повторил этот непонятный жест, только не накрывал голову в нейрошлеме. Улыбаясь, он протянул руку Диму, помогая встать.

— Поздравляю, Обреченный, ты ещё какое-то время покоптишь небо.

Рос Пер принялся что-то строчить через нейроинтерфейс едва шевеля губами и наконец ушёл. Диму и самому было что разгребать в итерфейсе.

Любопытство взяло верх и он ткнул на «Да».

Мысли в голове путались, мелькали обрывки знаний, полученных из инфокарт, в поисках чего-то подходящего в качестве названия, а затем исчезали. Наконец, Дим сформулировал четкое название для первой собственной инфокарты, и оно тут же высветилось в необходимой графе.

Дим отжал «Да»