Киберпространство полностью

— Ничего не успеем. Повреждение обшивки — девяносто процентов. Но мощность светового потока слабеет!

— Скафандры!

— Нет. — Он остановил ее, схватив за запястье. — Лиза, ты ведь не хочешь медленной смерти? Корабль не выдержит, он развалится. Все несущие конструкции потеряли прочность!..

Да, в ту минуту она растерялась, позволила отчаянью завладеть разумом. Ее губы предательски дрогнули.

— Что делать… Лайт?

— Аварийный модуль, — отрывисто произнес Андрей. — Там двойная защита. Даже если корабль развалится, модуль, под прикрытием обломков, преодолеет барьер.

— Криогенный сон?

Он кивнул, подтолкнув ее к дверям ходовой рубки.

— Это еще не смерть, Лиза. Когда-нибудь нас найдут.

Возвращение в мир было совершенно безболезненным.

Никаких постэффектов после долгого криогенного сна, сознание очнулось, словно бы и не засыпало в ледяной тиши низкотемпературного саркофага.

Как будто в темной комнате внезапно включили свет.

«Где я?»

Хороший вопрос.

Лиза заставила себя отрыть глаза и осмотреться, но тут же зажмурилась, едва не вскрикнув. В животе похолодело, будто она падала в бездну.

Вокруг не было ничего, кроме лазурного сияния.

Бред.

«Или я еще сплю? Что происходит, в конце-то концов?»

За неполную минуту, что прошла с момента возвращения сознания, ее разум успел окунуться в воспоминания, и вот теперь, тщетно пытаясь осознать окружающую реальность, внезапно отказался реагировать на абсурдное проявления внешней среды.

Ее начало подташнивать. Полная дезориентация в пространстве, шок, щедро приправленный реакцией вестибулярного аппарата на отсутствие таких понятий, как «верх» и «низ».

«Господи… Где я?»

Она не ощущала ни сопротивления воздуха, ни каких-то иных признаков, сопутствующих падению, только холод в животе и груди да застрявший в горле комок удушья.

Шли гулкие, полные внезапного отчаянья секунды… но ничего не происходило.

Лихорадочные мысли начали понемногу успокаиваться.

В конце концов, в прошлом она была профессиональным космодесантником и понимала, что прыжок с орбиты в атмосферу планеты происходит совершенно иначе. Однако увиденная ею лазурь отсекала любую мысль об открытом космическом пространстве.

Так выглядит небо с поверхности, планеты, ну, на худой конец, с высоты в пару тысяч метров, значит, внизу должна быть какая-то твердь, иначе сама реальность теряла смысл…

«Давай… Открывай глаза… Делай что-нибудь!»

Внутренний окрик подействовал.

Хуже не будет. Нужно понять, что происходит.

Ее ресницы дрогнули, Лиза вновь, уже в третий раз, заставила себя взглянуть на окружающий мир и…

От этого действительно можно было легко сойти с ума.

Под ногами, там, где только что простиралась лазурная бездна, внезапно появились яркие, контрастные очертания земли. Все происходило на ее глазах: резко, из ниоткуда появилась ровная как стол бесконечная плоскость, и тут же с новой остротой пришло чувство падения, на периферии сознания промелькнула совершенно неуместная, вырванная из контекста прошлого опыта мысль о том, что нужно искать площадку приземления…

Какая к фрайгу площадка приземления? Откуда взялась эта бесконечная плоскость, которая не приближалась и не удалялась? Если это планета, то где рельеф?

Сумасшедшая ситуация.

Она наивно полагала, что хуже не будет, но в следующий момент поняла, что ошиблась.

Стоило подумать о рельефе, как ровная плоскость вдруг стала видоизменяться, — возникало бредовое ощущение, что кто-то демонстрирует ей сжатые в ничтожный отрезок времени процессы естественного формирования планетной коры…

Непонятная плоскость внезапно начала сминаться, образуя складки, а сознание Лизы невольно вбирало взглядом подробности совершенно нереального (с точки зрения здравого смысла) действа, отмечая, как образовавшиеся за несколько секунд горы и равнины принимают реалистичный, правдоподобный вид, — она смогла различить вполне достоверную фактуру бесплодной тверди… Если верить собственным ощущениям, то выходило, что безликая плоскость в течение нескольких секунд трансформировалась в рельеф пустынного мира, никогда не ведавшего понятия «жизнь», но самым поразительным, вернее — противоестественным, сводящим с ума, оказалось продолжение процесса. Горы не остановили свой рост, они поднимались, разламывались трещинами ущелий, тянулись к ней, пока одно из каменистых плоскогорий не приблизилось настолько, что его края образовали новый горизонт.

Лиза уже не верила ни одному из чувств.

Все происходило стремительно, парадоксально, неправдоподобно, и она, сжавшись в ожидании удара, не почувствовала его.

Нет. Твердая поверхность коснулась ее ног и мгновенно остановила свои трансформации, словно едва ощутимое касание являлось ограничителем, выключателем процесса.

Несколько секунд Лиза стояла, тщетно пытаясь убедить себя, что это происходит именно с ней, а затем, будто сдавшись реальности, медленно опустилась на прохладный, шероховатый камень.

«С прибытием…»

Ошалевшая, абсурдная мысль шарахнулась в рассудке, но, как ни странно, принесла облегчение, словно ее сознание действительно сдалось, поверило, что твердь каменистого плоскогорья настоящая.