Поэтому будем действовать быстро. Не особо скрываясь, поднимаюсь на третий этаж. Так, вроде бы, здесь? Дверь в квартиру из дешевого и ободранного пластика. Отлично! Люблю такие двери. Выбивать! Звонок не работает. Вежливо стучу. За дверью слышится какое-то шебуршание. Чуткие кибернетические аудиосенсоры, встроенные в мои уши, работают очень хорошо. Поэтому я отчетливо слышу дыхание одного человека в нужной мне квартире. Похоже, что хозяин квартиры на месте. Вот он, стараясь не шуметь, подходит к двери, чтобы посмотреть в видеоглазок, кто же там к нему сейчас ломится. Когда тип за дверью подходит к ней вплотную. Я с размаху бью по двери правой ногой. В воспоминаниях Алекса Кота я видел, как он таким манером даже тонкие металлические двери выбивал. А тут какой-то дешевый и хрупкий пластик.
Вот против таранного удара ножного боевого импланта эта убогая дверь не устояла. И с грохотом слетев с петель, влетела внутрь квартиры. Сбив с ног и придавив того, кто стоял за ней в тот момент. Вытащив пистолет из кобуры на всякий случай, захожу в квартиру. Осматриваюсь по сторонам. Между прочим, на грохот выбиваемой двери здесь даже никто и не дернулся. Не повыбегали вдруг неожиданно любопытные соседи. Никому не было интересно, что тут происходит. Здесь же подобные бытовые разборки между алкашами и наркоманами случаются часто. Поэтому всем тут было наплевать, что творится в квартире Алана Форда. Думаю, что когда он там насиловал и убивал детей. Всем соседям также было на это положить с прибором.
Отбрасываю в сторону дверь и вижу его. Сканирую, идентифицируя личность. Точно он. Ошибки нет. Алан Форд собственной персоной. Живой и почти невредимый. Шишка на лбу и расквашенный нос – это несерьезные повреждения. Главное, что этот урод говорить может. И он мне сейчас все расскажет. Из памяти корпоративного спецназовца Алекса я почерпнул знания по правильным пыткам. Вояк корпорации серьезно и вдумчиво учили пытать пленных, выбивая из них ценные сведения. Вот и мне эти знания сейчас пригодятся. Алан Форд все еще лежит на полу. Он жив, но сознание от удара дверью потерял. И это очень кстати. Значит, мне будет проще его зафиксировать для допроса.
Быстро подтаскиваю безвольное тело педофила к металлическому массивному стулу. И надежно приматываю Алана Форда к нему скотчем, который я предусмотрительно прихватил с собой на эту миссию. Потом заклеиваю ему рот тем же скотчем. Все, клиент готов к допросу. Прислушиваюсь к себе. Хм! Нет у меня никакой жалости к этому типу. Я прекрасно видел, что он вытворял на видео с той маленькой девочкой. Таких тварей надо уничтожать с особым садизмом. Чтобы каждый их последний миг был наполнен болью и отчаянием. Такие люди не имеют право на прощение и милосердие. Вот такая у меня жизненная философия имеется.
О, а вот и нужный реквизит. Вижу пачку гвоздей. Длинные и тонкие. Самое то. Сейчас мы устроим сеанс иглоукалывания мистеру людоеду и педофилу. Беру несколько гвоздей из пачки и подхожу к зафиксированному насильнику маленьких девочек. Приступим. Втыкаю пару гвоздей в определенные болевые точки на его шее. Алан Форд резко приходит в себя, начинает дергаться в путах и мычать от боли. Вытаскиваю гвозди из ран.
– Слушай сюда, мразь! – твердым шипящим голосом говорю я, наклоняясь прямо к испуганному лицу маньяка. – Сейчас ты испытаешь такую боль, которую не испытывал никогда в жизни. И я это сделаю не ради природного садизма. А для того чтобы ты понял, что тебя ждет. Если ты откажешься отвечать на мои вопросы. А теперь наслаждайся моментом, скотина!
Потом я начинаю втыкать гвозди прямо в болевые точки на теле Алана Форда. Минут пять педофига выгибает дугой от нестерпимой боли. Я при помощи специальных датчиков, встроенных в мое тело, чутко контролирую его пульс и состояние организма. Чтобы этот подонок не помер внезапно от болевого шока или разрыва сердца. Опытный палач должен знать такие нюансы. А то вместо разговорчивого пленного может получить молчаливый труп. Алекс Кот такие тонкости допроса знал. Поэтому я тоже палку особо не перегибал. И жизни Алана ничего не угрожало. Пока не угрожало. Пока он мне еще был нужен живым и разговорчивым.