Эд отложил микрофон в сторону. Продиктованный им протокол оказался скудноватым.
Да и что тут записывать? Все результаты измерений приборы автоматически переводят в банк данных, где они накапливаются. Эду даже незачем их считывать.
А неординарные события? О них стоило бы думать, случись хоть раз что-нибудь, выходящее за пределы будничной рутины…
Достав записную книжку, Эд покопался в ящике. Где ручка? «Дорогая Лори!» — написал он. Поднял голову, задумался. Машинально уставился на толстое свинцовое стекло, пытаясь разглядеть, что за ним: обломки бетонных панелей с металлической арматурой и бесконечная равнина, пустая и недвижная, а над горизонтом — беззвездное черное небо. Система находилась внутри облака межпланетарной пыли, что и делало ее интересным объектом для исследований…
Но, судя по всему, Эда она больше не интересовала. Он пересчитал зарубки на ребре столешницы: четыреста шестьдесят одна, до смены еще двести шестьдесят девять дней. Долго.
Он вернулся к письму:
«Новостей никаких нет. Отсюда вообще не о чем сообщить. Пишу тебе просто так, от нечего делать. Впрочем, нет, пишу, чтобы сказать, как я заранее радуюсь нашей с тобой встрече. Что жду не дождусь ее. Не стоило мне браться за эту работу, хоть и платят хорошо. Время тянется бесконечно долго.
Хуже всего одиночество. Джо не в счет. Извини, что упоминаю о нем. Но ведь это больше не Джо… Ты меня понимаешь. Надеюсь, для тебя все это уже в прошлом.
Так что в действительности я один. Один в стометровой комнате. Но половина ее заставлена аппаратурой. Я моюсь в воде, которую множество раз пил, и пью воду, в которой столько же раз мылся… К тому же я… Но нет, больше жаловаться не стану.
Если бы хоть здесь было где размяться! Внутри слишком тесно, а от эспандера меня просто тошнит, ну, конечно, не в прямом смысле. А снаружи… Будь проклята эта сила тяжести! Без антигравитационных пластин и шага не ступишь.
Но поговорим о тебе…»
Эд поднял глаза. Двигаясь неуклюже, но почти бесшумно, к нему приблизился Джо. С тем, прежним Джо никакого сходства кроме мозга. Это был сервомеханизм с нервами из проводков. Киборг. И хотя с человеком по имени Джо Эд был когда-то знаком только шапочно, все же…
— Могу я помочь тебе, Эд? — Голос киборга прозвучал на удивление мягко, в нем слышалась даже некоторая озабоченность. — Тебе что-нибудь нужно, Эд?
— Нет, спасибо, Джо.
— Хочешь есть? Пить?
Эду и без того стоило немалых сил сохранять выдержку, но тут его прорвало:
— Нет, Джо, черт побери, нет! Оставь меня в покое! Почему ты вечно толчешься возле меня? Ты действуешь мне на нервы!
— Я тревожусь, Эд. Твое сердце бьется чуть чаще, я слышу это. Ты ведь знаешь, мне оставлена одна эмоция: привязанность к людям. Я счастлив, когда могу помочь тебе. И несчастлив, когда несчастлив ты. Ты взволнован. Я принесу тебе транквилизатор.
Джо удалился. Эд пожал плечами. Он вернулся к начатому письму, но собраться с мыслями уже не мог. И быстро подписался: «…любящий тебя Эд». «Слова, — подумалось ему, — что они значат, особенно здесь…»
Вернулся Джо с таблеткой и стаканом воды. Эд уже успокоился и проглотил таблетку без возражений, изредка поглядывая на киборга — эту металлическую карикатуру на человека, который стоял рядом и всем своим видом выражал готовность помочь. Послушный слуга — или деспот? Он все знал, на все реагировал, все понимал — куда лучше самого Эда. Он имел непосредственный доступ к счетным устройствам, к банку данных. Он обладал органами чувств, которые воспринимали инфракрасное, ультрафиолетовое и радиоактивное излучение, звуки любой частоты. Джо был сильнее, умнее Эда и постоянно наблюдал за ним.
Эд рассеянно вырвал исписанные листки и протянул их Джо:
— Передашь это на следующем сеансе связи.
Киборг бросил быстрый взгляд на письмо:
— Кто такая Лори?
Эду слишком поздно пришло на ум, что до сих пор он все письма передавал сам.
— Разве ты не знаешь? — спросил он.
— Нет.
— А зачем тебе знать?
— Мне нужен ее адрес.
Эд дал Джо адрес. Киборг в нерешительности помахивал листками.
— Кто такая Лори? — снова спросил он.
— Моя девушка, — ответил Эд. — Мы поженимся. Я жду не дождусь встречи с ней. Но вряд ли ты это поймешь.
— Нет, — сказал киборг. — Не совсем. Но все-таки… Это имя мне что-то напоминает. Не то чтобы я представил себе кого-то… Но какие-то ассоциации есть… Странно…
Неприятно пораженный, Эд покачивался на стуле. Случайно остановившись взглядом на окне, он заметил фонтанчики пыли. И лишь несколько секунд спустя почувствовал вибрацию. Но ни звука не услышал.
— Метеорит! — воскликнул Эд, которому перемена обстановки была на руку. — Тебе нужно выйти. Сколько времени мы этого ждали!
Джо положил письмо на стол и направился к шлюзу. Вскоре Эд увидел, как он, неуклюжий и в то же время ловкий, передвигался по вспучившейся поверхности планеты. В месте падения метеорита он нагнулся, выдвинул руку-телескоп, приложил зонды к маленькому кратеру, единственному следу происшествия. И снова выпрямился.
