- Ну, пуссть выходят, мы не куссаемся! – хохотнул в ответ Таштаг.
- Эй, Карли! – вместо ответа крикнул Левар. – Прострели-ка ногу вон тому, носатому, а с бабой его потом развлечемся.
- Ха, да запросто! – откликнулся один из арбалетчиков.
Рыжий бородач без шапки, но в толстом тулупе, сделал несколько шагов вперед и навел оружие на Ностана.
- Стой! – крикнул Этли и воткнул корд в снег. – Я пойду с вами.
У Ностана корд просто выпал из руки, лавочник даже не пытался удержать его в трясущейся ладони. Таштаг недовольно заворчал, но по примеру Этли, вонзил клинок в белый покров.
Под прицелами арбалетов им связали за спинами руки.
- Карли, - приказал Левар. – Посидишь у входа, отгоняй отсюда всех грязных крестьян, если они появятся.
Жрец повернулся и зашагал внутрь. Пленников повели следом. За дверями могилы тянулся небольшой коридор, переходящий в ступени, ведущие вниз. Спустившись по ступеням, они оказались в подземной части склепа. Широкий зал сейчас был освещен множеством свечей. В центре, на каменном возвышении покоился мраморный гроб, украшенный резьбой. Когда-то его поверхность так же украшало золото и драгоценные камни, но за пару сотен лет дерзкие грабители могил, не убоявшись проклятия и страшных сказок, унесли все ценное.
Когда они вошли в усыпальницу Левар и его прихвостни прикрыли глаза и старались не смотреть на противоположную стену. Таштаг зло заворчал, а Ностан закричал и рванулся вперед, но его тут же сбили с ног и судя по звукам продолжили пинать уже упавшего.
Увиденное не стало сюрпризом для Этли. Он ожидал этого, до последнего надеясь, что ошибается. Но надеждам не суждено было сбыться. Так же, как и в подземелье Макуша, стену украшали гимны высокого эльфика, вызывая тошноту и головокружение. Так же, как и там, символы обтекали обнаженное тело, прикованное к стене.
Спутанные, измазанные багровыми потеками волосы скрывали лицо женщины. Этли поймал обезумевший от боли взгляд голубых глаз, на миг мелькнувших сквозь кровавую завесу. То, что сотворили с Фрией было чудовищно. С неестественно вывернутыми суставами, она повисла на своих путах. Она хрипела, находясь в полушаге от спасительной смерти, но ее палачи никак не позволяли сделать его. Этли видевшему многое в жизни, в том числе и пытки, стало не по себе. Куколка Фрия превратилась в истерзанный, страшно изуродованный кусок мяса. Все еще дышащий и страдающий.
Перед ней, спиной ко входу, замер человек. Плащ с капюшоном скрывал его фигуру. Изувер словно любовался своей работой, придирчиво оценивая ее. Он не повернулся даже заслышав шум, все внимание чудовища в облике человека приковывало тело Фрии.
Пленников тем временем выстроили в ряд, за спиной каждого стоял один из вооруженных жрецов. Этли решил, что подручные Левара – это святые братья из Храма Милости Спасителя. Те, кто поддался соблазну вечной жизни.
Осталось узнать, кто же тот человек, вновь принесший скверну в стены Киерлена. Что до Руди, скорее всего, мстительный брат-исповедник не простил цирюльнику удар кинжалом и тело лекаря сейчас плавает в ледяных водах Велавы.
Насмотревшись на свою кровавую работу, человек в плаще повернулся. Из тени капюшона он окинул взглядом всех присутствующих, а затем, усмехнувшись произнес:
- И эта зеленая морда тоже здесь.
- Шшарлатан! – зло выдохнул Таштаг.
***
Лавена видела, как люди, похожие на разбойников, окружили, обезоружили и связали ее спутников. Бандой руководил высокий черноволосый человек, в котором она с удивлением узнала одного из старших жрецов Храма Милости Спасителя. Не ощущая холода, она вжалась в снег. Сердце бешено билось. Ей казалось, еще мгновение и арбалетные болты пронзят пленников.
Она вдруг поняла - эти двое, путешественник, наемник, убийца с изрезанным лицом и зеленокожий чужак из Оркейна, единственные ее близкие в огромном равнодушном городе. До сих пор был Волган, но он сошел с ума и погиб. Как раз от руки орка.
Как Таштаг сказал тогда? «Я бы умер, если бы вы двое остались живы. Но тут пришлось выбирать, и я сделал выбор». Ее душа металась между ненавистью и благодарностью к орку. Он убил ее мужа, тем самым спас ее жизнь. Жизнь – готовую превратиться в пытку. Одна в многолюдном городе, больная и без гроша в кармане. Работа на Оттика позволит лишь не умереть с голода, а обратно в деревню ей путь заказан.
Тем временем разбойники затолкали Этли и остальных в двери склепа. На пороге остался лишь один из них. Рыжий, бородатый, в толстом тулупе. Он уселся прямо на ступени - вот же человек не заботиться о себе! – пристроив арбалет на коленях.
Теперь выбор надо сделать ей. Лавена лихорадочно соображала, как поступить. Само собой, ждать пока солнце коснется зенита бессмысленно. Она сжала под одеждами нож, захваченный с кухни. Можно обойти склеп, подкрасться к рыжебородому и ткнуть его в шею. Не получится. Не настолько она быстра, она всего лишь кухарка, а не охотница, хотя в юности ей приходилось заниматься и этим. Но редко, да и навыке она давно растеряла.
