К нашим местам шли не меньше десяти минут, дамам хотелось показать себя во всей красе, поэтому они не спешили. Восторженных, как и завистливых взглядов хватало, особенно это чувствовалось у женщин, они даже не пытались скрыть свои чувства.
Места, как уверял Николай Николаевич, у нас самые лучшие, партер пятый ряд, конечно же в центре. Жаль что не ложа, там есть отдельный вход, можно было бы незаметно выскользнуть из зала. Дальше, когда приглушили свет, началась такая хрень, что лучше бы я осталась дома. Всё это мнимое притворство раздражало, актёры карикатурно изображали глубокие чувства (во всяком случае для меня), я еле вытерпела до антракта. Всё, сюда я больше ни ногой, скажу что пошла в туалет, а там к третьему звонку опоздала. План вроде неплох, меня ещё и пожалеют что не смогла досмотреть такое гениальное представление.
Фу, наконец то это лицедейство закончилось, можно смело отправляться в буфет, а там…
— Ольга Викторовна, можно с вами поговорить тет-а-тет, мы хотим вас попросить насчет театра! — услышала от подошедшего ко мне Юрия Пузырёва.
Вот черт, не хотела я лезть в этот гадюшник, но видно придется.
Не поймите превратно, насчет «гадюшника» здесь всё намного сложнее. Взять ту же Настю и Николай Николаевича, они взяли билеты именно в этот театр, который на данное время является некой Советской иконой. Вся партноменклатура, чиновники и прочие лизоблюды тусуются именно в МХАТе имени Горького. Не мудрено что у некоторых артистов от этого закружилась голова, качество игры актеров заметно упало. А теперь главное, из-за чего собственно меня и пригласили на этот разговор: недавно в театр назначили нового руководителя, небезызвестного Олега Ефремова, который начал проводить жесткую политику (с перекосом в авторитаризм). В будущем это приведет к разделу театра, вместо одного появится два: Горького и Чехова. Самое поганое то, что нормального выхода из этой ситуации нет, а оставаться крайней не хочется.
— Итак товарищи, я вас внимательно слушаю, — присаживаясь на высокий стул обратилась к группе окруживших меня артистов.
По моим скромным подсчетам, здесь собралось человек сорок, а может и все пятьдесят. Первым выступил Пузырев, который меня и привел за кулисы, рассказал о деспотичности Ефремова, о нежелании коллектива с ним работать.
— Что вы собственно хотите от меня, я в министерстве Культуры не работаю, — попыталась соскочить с темы.
— Ольга Викторовна, мы прекрасно осведомлены какое огромное влияние вы имеете на Фурцеву. Это же именно она продавила решение перевести из Современника этого Айболита! Знающие люди посоветовали обратиться именно к вам, как к честной и порядочной девушке, способной спасти наш театр, — немного драматично, закончила свой монолог Доронина.
— Хорошо, давайте поговорим об этом открыто. Ефремова назначили не просто так, а чтобы сделать ваш театр популярным. Люди предпочитают Таганку, Ленком или Моссовет, на Современник билеты и вовсе не достать, в ваш ходят лишь гости столицы. Кстати о Современнике, у него в труппе примерно тридцать человек, а в вашем в пять раз больше! У вас половина актеров не задействована, треть и вовсе в театре не появляется, разве что приходят за зарплатой. Постановки скучные, проходные, нет в них огонька, народ сюда ходит лишь по привычке. Решайте сами, я в таких делах не помошница, терпеть не могу тунеядцев и нахлебников, — после этих слов встала со стула и направилась к выходу.
— А если мы решим сами, поможете убрать Ефремова? — спросил Борис Ливанов.
Насколько я помню, он больше всего противился назначению главным режиссером Олега Николаевича, который так и не смог кардинально выправить ситуацию, что привело к внутреннему расколу театра. Надо отдать должное Дорониной, она тогда приняла всех отвергнутых Ефремовым, ни один артист не был уволен.
— А что если Татьяна Васильевна возглавите ваш театр, подумайте над этим товарищи, — посмотрела на враз замолчавших артистов, после чего кивнув на прощание вышла из помещения.
Вот и всё, пусть думают и решают, я свою позицию обозначила, полагаю она самая лучшая. А сейчас в буфет, благо третий звонок прозвенел, алиби перед близкими обеспечено!
На даче у Брежнева засиделся Черненко, под бутылку Зубровки обсуждали прошедший съезд КПСС, как без лишнего шума протащили «руководящую и направляющую роль партии». Приехавших Пельше и Итона приняли как родных, благо и повод имелся — Подгорного наконец-то отправили на пенсию.
— Леонид Ильич, есть новости касающиеся нашей девочки. Ольга будучи за рубежом записала одну антивоенную песню, которой тут же воспользовался сенатор Джонсон, помните я про него вам докладывал? — дождавшись кивка генерального Пельше продолжил, — Так вот, по нашим сведениям Никсон подаёт в отставку, главным претендентом на пост президента Соединенных Штатов будет демократ Джонсон. И наконец самое главное: американцы после выборов собираются вывести войска из Южного Вьетнама.
