- подгонял сам себя Александр. Пожалуй, стоит посоветоваться с Мазиком, который говорил, будто знает подземные лабиринты так ч6то может с закрытыми глазами вывести в любую точку. Что же, проверим это на практике!
Он вообще-то производит хорошее впечатление, да и товарищ надежный, в бою не подведёт и не бросит! Жаль, что в дальнейшем между нами проляжет пропасть... он среди людей занял бы достойное место. Не в пример всяким полковникам!
Переговорив с Мазиком, Александр принял решение изменить маршрут. Обойти противника и ударить ему в лоб! Если удастся осуществить этот маневр как надо, будет просто здорово. Шанс есть. Время позволяет.
Передав далее по цепочке приказ максимально увеличить скорость передвижения, Александр и сам резко прибавил ходу. Хотя мышцы по-прежнему ныли, цель оправдывала средства, надо было во что бы то ни стало опередить полковника!
Рядом, не отставая ни на шаг, проворно семенила Иззя.
ъОна то и дело посматривала на него, и в ее глазах лучился неповторимый свет любви. Время от времени Александр сжимал ее лапку в своей со всей нежностью, на которую только был способен. Последние четверо суток они почти не спали. Иззины подружки едва не падали с лап от усталости, но не жаловались.
Александр держался бодро, сам порой удивляясь выносливости крысиного организма. Не все же хорошее только людям, что-то досталось и другим видам, и это справедливо. Вот только кто распределял? Этот вопрос остается открытым. Но, надо отдать должное, справился он со своей задачей превосходно!
Тоннель, которым сейчас двигался отряд, был скудно освещен дежурными лампочками, идти не составляло труда. Пусть глаза у крыс лучше приспособлены к условиям плохой освещенности, чем человеческие, все равно свет лишним не бывает.
Продвижение пошло быстрее. В любом тоннеле всегда найдутся различные брошенные предметы, мешающие нормальному, а тем более маршевому движению. При наличии света задача облегчается.
Прошел час. Становилось жарко - то ли рядом проходила линия теплотрассы, то ли темп марш-броска так разогрел бойцов. Решено было устроить короткий привал, буквально на десять минут. Этого должно было хватить, чтобы перевести дух, попить и немного подкрепиться.
Двинулись дальше. Еще полчаса спустя, поравнявшись с боковым тоннелем, Александр вдруг увидел приближающиеся из темноты передовые группы полковника и скомандовал - К бою! Занять оборону!
Это внезапное столкновение буквально нос к носу оказалось по-настоящему неожиданным для обеих сторон. Противники мигом изготовились к обороне, но к активным действиям ни те, ни другие пока готовы не были. Потянулись томительные секунды ожидания развязки в полной темноте и тишине.
Первым, как и положено, сориентировался спецназ - на то они и войска специального назначения. Штурмовики открыли огонь, используя инфракрасные прицелы. Повстанцы, однако, не оробели, скорее, наоборот, начали активно отстреливаться. Позиция у повстанцев была немного выгоднее, чем у противника, плюс эффект неожиданности тоже был на их стороне;
к тому же, бойцы Александра оказались лучше морально подготовлены к бою. Сложение всех этих факторов привело к тому, что противник дрогнул. Теперь главное было воспользоваться преимуществом. Развивая инициативу, бойцы по команде Александра ринулись в атаку.
Она оказалась для неприятеля совершенно нежданной. Все произошло так молниеносно, что обороняющиеся настолько опешили от внезапности и подобной наглости, не предусмотренной военной стратегией (лезть под пули напролом!), что заградительный огонь на какие-то доли секунды стих.
Этим не преминули воспользоваться бойцы под предводительством Александра, одним броском сокращая дистанцию. Снова завязалась рукопашная. В подобного рода схватках, как оказалось, перевес был у повстанцев. Отчаянная атака закончилась успехом. Неприятель отступал, и Александр с товарищами начал преследование.
На этот раз обошлось без серьезных потерь.
Двое легко раненных, которых Иззя быстро перевязала, уже догоняли ушедших вперед товарищей. Отступающие солдаты полковника двигались средним темпом, будто бы и не стремились оторваться от повстанцев. Александр начал подозревать, что это неспроста, в этом виделся некий расчет.
Может, это столкновение и задумано полковником как специальная операция? Трудно сказать. Пока он размышлял, преследуемые прибавили ходу и вскоре совсем скрылись в темноте тоннеля.
Прошло двадцать минут погони, но повстанцы так никого и не увидели, еще двадцать - и снова ничего.
Вдруг лучи фонарей выхватили из мрака глухую стену, перегородившую туннель. Отряд столпился в этом тупике, не понимая, что происходит. Сквозь ряды бойцов протиснулись Александр, Мозик, Иззя.
Подойдя к стене вплотную, ее попробовали на прочность; стена оказалась забетонированной давно. Что бы это могло значить? Такого замешательства Александр не испытывал давно. Виду, конечно, не подавал, но внутренне ему было очень неуютно.
