- Уважаемый, Сергей Пантелеймонович, могли бы вы предоставить достоверные сведения по тем датам, когда у вас проходили отчеты по работе отдела качества изделий из литья?
- Конечно. Зная о нашей встрече, я подготовил ряд документов. Вот они.
Теперь Александр углубился в чтение бумаг, попеременно обращаясь то к принесенным с собой, то к представленным технологом документам, что-то сравнивая и анализируя. Закончив просмотр, он сказал:
- В основном все сходится. Единственное несоответствие, которое я заметил - количество забракованных отливок отличается от количества обработанных на одну единицу. То есть, неизвестным способом в обработку попала одна из отбракованных отливок!
- Не может быть! Я сам лично вчера до полуночи просматривал все документы!
- Как я уже говорил, факт - вещь упрямая. Вот, взгляните.
Технолог прямо-таки впился глазами в распечатанный на принтере текст, потом побледнел и воскликнул:
- О боже! Вчера тут цифры полностью совпадали! Я ничего не понимаю!
- Зато я понимаю. Вы, очевидно, приготовили другой документ, подправленный, но перепутали, и здесь оказывался настоящий...
- Ничего я не готовил! Это единственный экземпляр.
- Не стоит отпираться. Уже в третий раз за сегодня говорю: факт вещь упрямая!
- Абсолютно точно помню, положил на стол и запер кабинет!
- Ну все, мне надоело. Прекратите нагло обманывать!
Разговор неумолимо переходил на повышенные тона. Вдруг Александр резко остановился и после паузы спросил:
- У вас в кабинете туалет имеется?
- Да, как в любом кабинете в нашей компании. Туалет, раковина и душ.
Теперь Александр побледнел, слегка запинаясь, он произнес:
- Что мы, собственно, горячимся? Все копии документов находятся у следователя. В конце концов, пусть органы правопорядка разбираются. Это их работа, на них уходят наши налоги, так что отрабатывать доверие общества их прямая обязанность.
Александр неожиданно поднялся из-за стола со словами:
- С вашего позволения, мы вас покинем, господа. До встречи в суде!
Артур и технолог побледнели, а у технолога даже появился нервный тик.
Александр со спутницей спустились на первый этаж, миновали вестибюль, вышли на улицу и сели в электромобиль.
Для Татьяны произошедшее оказалось совершенной неожиданностью. Когда электромобиль, вписавшись в общий поток, набрал скорость, она спросила:
- Что с вами? Что случилось? По какой причине мы так быстро покинули компанию, не доведя дело, ради которого приехали, до логического конца? И мне не очень понравилось ваше лицо. Похожее выражение я видела на лице Николая Арсеньевича - тогда, в ресторане, когда он сказал, что погибает...
Я заметила это в момент, когда вы заговорили с технологом о деталях, совершенно не относящихся к делу, например, есть ли в его кабинете санузел. При чем здесь душ, когда мы говорим о причинах безвременного ухода человека, нашего коллеги? Скорее, необходимо подумать о его душе, чем о душе в кабинете технолога.
Александр понял: Татьяна попала прямо в яблочко. И еще подумал: "Нелегко мне будет с ней сработаться... Что, в сущности, я о ней знаю? Практически ничего! Да, очень симпатичная мордашка, да и миниатюрная фигура как из журнала "Плейбой",
но в таких журналах ничего не говорится о внутреннем мире демонстрирующих совершенство своего тела девушек. Совершенство, данное, кстати, матушкой-природой и никак не отображающее умственные способности, не говоря уже об IQ.
Да, частенько встречались в стенах института, говорили, но только в рамках решаемых проблем, то есть по рабочим вопросам. Так что, резюмируя: ничего я об этой девушке не знаю! Может, поспешил, пригласив ее к себе на работу? Эх, была не была, в конце концов, кто не рискует, тот не..."
- Танечка... Можно, я буду вас так называть?
- Сколько угодно. Мне даже нравится, как звучит мое имя в такой форме. Тем более в ваших устах.
- Спасибо. У меня к вам несколько неожиданный вопрос. Как вы относитесь к иным разумам?
Рассмеявшись, она сказала:
- Если по правде, я над подобными философскими вопросами обычно не задумываюсь. Разве что иногда, в периоды тоски и одиночества. Хотелось бы, чтобы вдруг появился... или появилось... нечто. Поговорило, пообщалось со мной, в конечном итоге, развеяло бы мою меланхолию! И посмотреть бы ему в глаза... или что там у них есть, предназначенное для восприятия световой информации..
Но я знаю и другой сценарий. Когда заикнешься в официальном месте о подобных фантазиях - сами понимаете, могут и с работы попросить. Это в лучшем случае. Ну, а в худшем... психушка не самое приятное место на нашей планете! Я ответила или не очень?
- Вполне, вполне доходчиво. Этот вопрос я задал не из праздного любопытств. На все есть очень серьезная причина, а именно - методом дедукции я пришел к выводу, что имеют место быть не просто безобидные совпадения, но серьезные факты, связывающие меня лично и смерть Николая Арсеньевича. Да-да, не делай, пожалуйста, такое удивленное лицо.
