Путь на сцену для Дианы был нелегким, а на последнем этапе, дорогу ей перегородил известный папик всех певиц и певичек Джузеппе Моррис. Каждый раз, когда она вспоминала его, перед глазами вставал образ жирной физиономии с двумя подбородками, которые лежали на изгибе его груди, плавно переходящей в горизонтальную полку живота. Эта жирная скотина испытывала такой нешуточный интерес к Диане, что его вожделение вызывало в нем постоянное слюноотделение по всем складкам его подбородка. Собственно, он и не скрывал, что всегда готов обменять горячую любовь Дианы к нему на его помощь в ее карьерном росте, после чего успех на сцене ей был бы гарантирован. Только вот Диана была не согласна на такой компромисс и всячески избегала это чудовище, пытаясь переждать это бедствие. Однако Моррис был вечным и собирался и далее им оставаться. Но на его беду он попал к ZET в его смертоносные котировки смерти, и наконец настал тот день, когда возможные издержки в ликвидации Джузеппе стали много меньше предложения, светившегося напротив его фамилии на табло заказов ликвидации. Тут и пригодилась Диана: в один прекрасный вечер, почти такой же как сегодня, ее посетил ZET и сделал предложение, от которого она не смогла отказаться. Уговорив Диану расправиться со своим мучителем, он дал ей подробные инструкции, что сделать и как, и уже через неделю расстроенные родственники хоронили внезапно усопшего от сердечного приступа продюсера. А еще через месяц взошла звезда Дианы, и весь бомонд гадал кто же помог ей так раскрутиться. Полученный опыт оказался удачным, и ZET еще не раз прибегал к услугам своей протеже, благо что поклонников среди вечных персон у Дианы было предостаточно. Дальше больше, при помощи ZET Диана прошла курс обучения ремеслу настоящего киллера и могла с легкостью утереть нос любому напыщенному люциферу. Такая специальная подготовка добавила ей особого шарма на сцене, и ее выступления стали еще эффектнее, а музыка популярнее. ZET имел отличный алгоритм внушения и сумел передать Диане нужную ему философию огромной пользы для всего человечества в их совместной борьбе против вечных, и Диана вполне искренне была готова служить этой идее, не забывая про свой личный интерес. Сидя в мягком кресле несущегося с огромной скоростью шаттла, Диана непроизвольно задумалась о жизни и смерти и связанной с этими понятиями, целью своей поездки. Кто то цепляется за жизнь из последних сил, а кто то своими руками ее обрывает, но один и тот же финал ожидает и того и другого, причем разницы в прожитых сроках, с точки зрения вечности, нет. Так за что тогда так старательно бьются вечные? Нет, конечно же, насладиться лишней сотней лет счастливой жизни тоже является достойной целью, но это если в твоей жизни все хорошо, и ты трагически не страдаешь от своего существования. Но ведь и те, кто самостоятельно избавляются от жизни, стремятся к внутренней гармонии и счастью, так как умереть для них много легче и приятней, чем жить той жизнью, которой они жили до этого. С другой стороны, в жизни все уравновешено: быть вечным доступно только тем, кто смог так или иначе перераспределить общественные блага в свою пользу, забрав жизненные ресурсы у других, при этом, тот несчастный самоубийца или больной нищий, обретающие со своей смертью душевное равновесие и счастье, по сути отдают свой неизрасходованный остаток жизни этим вечным кровопийцам взамен. А вечный, получив чужое, наслаждается им, чтобы в итоге все равно умереть, но уже глубоко несчастным от своей потери, наотрез отказываясь вспоминать как ему было хорошо до его рождения. И вот парадокс: в конечном итоге, счастье после смерти достается не тем, кто был счастлив при жизни, а тем, кто в жизни бесконечно страдал.
